Книга Зимние Боги и Змеи, страница 306 – Венди Хейсс

— Моя слабость.

Кончики пальцев задели сосок, обвели изгиб, а затем он наклонился и крепко втянул его в рот. От нахлынувшего наслаждения я вздрогнула.

— Кто бы мог подумать, что они заставят мои колени слабеть сильнее любого чудовища и страха.

— Я… я думала, мы договорились ничего такого не делать. Хотя не жалуюсь.

— Необязательно целовать тебя или входить членом, чтобы доставить удовольствие моей женщине, — пробормотал он между поцелуями, которыми покрывал шею, пока ладонь сжимала и разминала грудь.

Он удовлетворённо застонал, а я подняла забинтованную руку, пытаясь заглушить собственный стон. Килиан отвёл её.

— Хочу тебя слышать. Это будет моей частью удовольствия.

Пальцы играли с ноющей грудью, соски затвердели от дразнящих прикосновений. Когда рот занял место руки, ладонь опустилась по животу, скользнула вдоль бедра и снова поднялась к низу живота, лениво рисуя круги и линии. Карта мучительных обещаний.

— Килиан… боги, — застонала или взмолилась я. Возможно, даже помолилась.

В ответ его ладонь опустилась между ног, и я вздрогнула. Бёдра раскрылись, сдаваясь нарастающим по всему телу волнам наслаждения, которым подчинилось даже дыхание. Пальцы мучительно медленно кружили по чувствительной коже, и из меня вырвался глубокий стон.

Другой рукой он взял меня за подбородок, заставляя встретить властный взгляд, а затем снова наклонился к груди и втянул сосок в рот. Я зашипела от удовольствия.

— Никогда этого не забуду. Твой голос, — прошептал он у напряжённой кожи.

Я прикусила нижнюю губу, пытаясь выровнять дыхание, обвила руками его шею и положила голову на плечо. Он поцеловал макушку, край уха, мягко прикусил его, затем коснулся губами плеча. Тёплые вибрации заставляли кожу дрожать.

— Ты знала, что я могу сохранить внутри себя одно чувство?

— Как бы… мне ни нравился… урок, — выдохнула я между тяжёлыми вдохами, пока он облизывал шею, — оставь его до момента, когда не собираешься преподать другой.

Он рассмеялся у моих губ и поцеловал самый край. Электричество этого поцелуя отозвалось во всём теле.

— Я хотел сказать, что это пригодится. Знаешь, по ночам.

Я почти всхлипнула от раздражения.

— Да пошёл ты.

— Сначала даме, — сказал он и медленно погрузил в меня палец, двигая внутрь и наружу.

Большой палец дразнил пульсирующую точку, выводя круги. Я укусила его за плечо, заглушая стон. Он продолжал медленно и глубоко, а затем добавил второй палец.

Недостаточно. Почти недостаточно. Я хотела внутри именно его.

— Блядь, Сноу, ты бы так хорошо меня приняла.

Его слова стали ещё одной лаской. Я сильнее вцепилась в него. Губы у моего уха чуть изогнулись в улыбке. Он прекрасно знал, что со мной делает каждое слово.

Движения стали сильнее и грубее, другая ладонь легла на плечо и гладила спину. Он держал меня в руках, пока я медленно рассыпалась, разбиваясь от удовольствия. Губы мучительно прошлись по плечу и поднялись к уху. Тёплое дыхание подвело ещё ближе к последней грани.

Ладонь упала ему на предплечье. Под моей хваткой мышцы напряглись, а бёдра начали двигаться в такт его руке.

Губы улыбнулись у шеи, прежде чем мягко прикусить кожу.

— Вкусная. Такая вкусная. Спорю, ты сладкая, как нектарин.

Он поцеловал ноющее место. Я судорожно вдохнула, но воздух вошёл слишком быстро и его всё равно оказалось мало.