Книга Тайна Черного дракона, страница 73 – Анна Джейн

— Не думай, что моя жизнь была необычной. Много было хорошего, хотя и плохое случалось. Я воспитывалась добрыми людьми, которых привыкла считать своей семьей и буду считать семьей всегда. У меня не было родителей, но были любящие родственники. Бабушка и тетя заменяли маму, а братья хотя и не могли заменить отца, всегда были моими защитниками. Мы жили не богато, но и проблем с деньгами не испытывали — как оказалось, бабушка весьма разумно тратила деньги, которые достались от деда. И я всегда считала себя обыкновенной. Разве что хотела окончить столичную академию — а ведь не все из нашей Северной провинции могли позволить себе это. Я даже о тебе никогда не мечтала. — На моем лице появилась улыбка.

— Обо мне? — удивился принц.

— Почему ты удивляешься? Разве не знаешь, что все молодые девушки мечтают о тебе? Все хотят стать принцессами.

— Из-за денег и титула? — уточнил он.

— Глупый, — отозвалась я, чувствуя, как сильно хочу коснуться его темных волос, на которые пламя отбрасывало красноватые блики. — Возможно, высокородные девушки и хотят от тебя этого. Но остальные… Остальные мечтают о другом.

— И о чем же? — спросил он, опираясь локтем о диванную подушку и задумчиво касаясь волос. Будто бы зная, что это хочу сделать я!

— О том, что рядом окажется кто-то сильный, смелый и благородный. Как настоящий принц. Кто-то, кто сможет защитить их. Помочь в сложную минуту. Стать опорой. Подарить любовь. Искреннюю, без фальши. Принять такой, какая она есть. Вот о чем мечтают девушки, — ответила я тихо, положив подбородок на подушку, которую держала на коленях, прижимая к себе. — Кто, если не принц, сможет дать это все?

Даррел кивнул.

— Понял. Знаешь, открою тебе секрет, Белль. Это обоюдное желание. Даже сильный, смелый и благородный принц хочет видеть рядом с собой ту, которая станет его опорой, полюбит и примет любым.

— Как Ева? — спросила я вдруг, вспомнив нашу встречу.

На лицо принца набежала тень.

— Зачем вспоминаешь ее?

— Ты ведь ее любил. Я до сих помню ваш разговор. И то, как вы целовались в той аудитории.

— С Евой все кончено, — недовольно ответил Даррел. — Знаешь ведь.

— Твоя любовь так быстро прошла? — прищурилась я.

— Была ли это любовь? — сам себя спросил он. — Скорее, это было наваждение. Я знал ее долгое время и ничего не чувствовал, однако в какой-то момент меня будто молнией поразило, когда я ее встретил на каком-то балу. Она заворожила меня настолько, что я очнулся лишь наутро, лежа рядом с ней в постели и наблюдая, как дрожат во сне ее ресницы. И тогда я решил: она — та самая. Это действительно было как наваждение. Я думал только о ней. Хотел быть рядом. Сбегал из академии и встречался с Евой тайком. Все время был на взводе, поскольку знал, что мы не сможем быть вместе. И меня это ужасно злило. Тогда меня весь мир злил — я был сам не свой. И когда решил, будто ты все же рассказала о нас, чуть с ума не сошел. А потом… Потом в одно мгновение отпустило. Как будто и не было ничего. Даже когда она приходила ко мне, когда пыталась целовать, когда снимала одежду — я ничего к ней не чувствовал. В душе была пустота. Странно, да? Думаешь, я ублюдок, который с ней поиграл и бросил? — вдруг спросил меня принц.

— Я так не думаю, — осторожно ответила я, вновь вспоминая Еву. Она оказалась коварной — вдруг она вообще приворожила Даррела? Нет, такого не может быть — придворные маги сразу бы заметили следы воздействия. Не могут же во дворце все щелкать клювом, как говорит Том? То восстание едва не проворонили, то нападение на академию, то приворот принца? И вообще, что может приворожить дракона? Лишь самая сильная темная магия. А Ева светлая.