Книга Тайна Черного дракона, страница 72 – Анна Джейн

— Ваше высочество, — преданно взглянула на него Дэйрил. — Для нас это невероятная честь!

Элли часто закивала.

— Вы можете называть меня по имени, пока мы наедине, — продолжил принц. — А моих телохранителей прошу воспринимать как моих друзей. Мы росли вместе с самого детства и все друг о друге знаем.

— Ну, не все, — вставил Кэлл. — Я вот был не в курсе, что ты тонешь в глазах Арта.

— Честно говоря, я тоже, — улыбнулся тот — было странно видеть в его руке вместо оружия чашечку чая. Оказалось, что он тот еще сладкоежка. А Дэйрил, сидевшая рядом с ним, только и делала, что подкладывала ему сладости.

— Надоели, — отвернулся от них принц. — Я же сказал — магия артефактора неправильно сработала! Вы же знаете, что голубь должен был полететь к Белль, а не к Арту.

— Не оправдывайся, — махнула я рукой. — За любовь оправдываться не стоит. Если ты тонешь в глазах Арта, не стану мешать…

Даррел откинулся на спинку дивана с мученическим выражением лица. Его раздражал собственный провал.

— Когда понадобится лед, обращайся, велю прислать тебе две тележки, чтобы наполнить ванну. Исцелишься и станешь святой, — ответил он сердито. И я прикусила язык, вспомнив, что он слышал мои слова. Светлая Тэйла, как же неловко!

— Не злись, — дотронулась я до плеча Даррела, но тотчас отдернула руку. Вдруг он подумает что-то неприличное?

— Это не злость, Изабелль. Это недоумение. Я решил сделать тебе подарок, и теперь вынужден слушать неуместные шуточки.

— Ты первый начал шутить! — возмутилась я.

— Мои шутки добрые, — возразил он.

— А мои, значит, злые, как ведьмы-чернословницы!

— Как знать.

— Достал!

— Кто кого.

Мы сердито уставились друг на друга.

— Мне кажется, его высочеству нужно побыть наедине со своей невестой, — неожиданно сказал Кэлл, вставая. — Мы прогуляемся по замку, пожалуй. И вернемся позднее.

Следом за ним встал и Арт, а после него — девочки, которые все так же мало что понимали. Они смотрели на нас с принцем большими глазами, а Дэйрил даже постучала указательным пальцем по лбу, явно спрашивая, все ли со мной нормально, но я лишь отмахнулась.

Дверь захлопнулась, и мы остались вдвоем. Я думала, повиснет угнетающая тишина, но Даррел вдруг спросил спокойным голосом:

— И много их?

— Кого? — не поняла я.

— Ран, которые ты хотела бы успокоить.

В его голосе больше не было насмешки, словно оставшись один на один со мной, он стал другим. Взрослым. Таким, каким представлялся мне, когда я читала статьи о нем.

— Маленьких — как у всех. Больших — одна, — ответила я осторожно.

— Расскажи? — попросил он.

— Зачем?

— Хочу знать, какие раны надо лечить.

В его мягком взгляде было спокойствие, которое вдруг передалось и мне. Я почувствовала его впервые за долгое время.

— Хорошо, — решилась я. — Только не жалей меня. И не говори, как тебе жаль.

«Иначе я расплачусь», — мысленно добавила я. Когда жалеют, всегда хочется плакать.

— Не буду, — пообещал Даррел. — Дай огня — пусть камин трещит.

Я кивнула. С моих пальцев привычно сорвалось золотое пламя и подлетело к камину, что придавал комнате уютный вид. Мгновение — и в нем затрещал огонь. Верхний свет погас, и лишь пламя освещало наши лица, а в воздухе все так же витал запах какао. Положив на колени подушку, я стала рассказывать.