Книга Право сильного, страница 107 – Юлия Арниева

— Граф Воронцов. Вы оказали нам честь.

— Не уверен, что завтра вы останетесь того же мнения. — В его глазах мелькнуло нечто, что я не сразу распознала как юмор. — Боюсь, мы с лордом Эшвортом прибыли к вам по одному и тому же делу. И каждый, разумеется, рассчитывал оказаться первым.

Я перевела взгляд на Эшворта. Он стоял у окна с чашкой в руке и не сделал ни малейшей попытки подтвердить сказанное или опровергнуть его, лишь наклонил голову, приветствуя меня.

— Полагаю, дело достаточно важно, если привело вас обоих в Норфолк лично. Тем более разумно будет отложить его до завтра.

— Как пожелаете, графиня.

Леди Джерси я оставила напоследок — главным образом потому, что она явно этого ожидала. Она сидела напротив Артура и все то время, пока я обходила гостиную, наблюдала за мной с доброжелательным вниманием, от которого невольно хотелось проверить, все ли на тебе застегнуто.

— Графиня. Вы, должно быть, гадаете, что привело меня сюда.

— Я полагала, вы избавите меня от необходимости гадать.

— Непременно. — Она поставила чашку. — Я проезжала мимо. Направлялась в свое поместье и решила заехать к вам. К тому же в Лондоне нынче едва ли говорят о чем-нибудь, кроме вашего Норфолка. Если весь свет его обсуждает, кому-нибудь следовало наконец на него взглянуть.

— И что же вы обнаружили?

— Пока только грязную дорогу от Тетфорда и превосходный чай. — Она снова взялась за чашку. — Впрочем, я никуда не спешу.

В этот момент дверь отворилась, и Фентон пропустил в гостиную Эдмунда.

Мальчика, по всей видимости, привели показать гостям, и мистер Эймс поработал над ним основательно: новый сюртучок, тщательно причесанные волосы и спина такая прямая, какой я у него еще не видела. От дверей Эдмунд поклонился сперва Артуру, затем мне и только после этого всему остальному обществу — именно так, как его учили.

— А, наследник, — произнес Артур. — Подойдите, сэр.

Эдмунд подошел, и Воронцов заговорил с ним почти как со взрослым: давно ли он ездит верхом, какая у него лошадь и отчего он предпочитает именно ее. Эдмунд отвечал коротко и обстоятельно, сообщил, что его пони зовут Бесси, что однажды она наколола копыто, но теперь совершенно здорова, а на вопрос, почему он предпочитает гнедых, возразил, что гнедых вовсе не предпочитает — просто Бесси гнедая.

Воронцов выслушал его с полной серьезностью.

— Что ж, сэр. Против такого довода мне возразить нечего.

Все это время Эдмунд то и дело поглядывал на меня, и каждый раз я ободряюще ему улыбалась. Когда его наконец отпустили, он чинно попрощался с гостями и вышел. Я тоже поднялась с дивана: приличия были соблюдены, все необходимые приветствия состоялись, и теперь я могла наконец подняться к себе.

— Господа, я вынуждена ненадолго вас оставить. Надеюсь, до ужина вы простите мне мое отсутствие. Встретимся в восемь.

— Идите, Катрин, — сказал Артур. — Я развлеку наших гостей рассказом о том, как в этом доме появился водопровод. Они еще не слышали.

— В таком случае постарайтесь не утомить их прежде, чем я вернусь.

Оставив гостей на Артура, я поднялась к себе, где Джейн, едва закрылась дверь, принялась расстегивать мое дорожное платье и одновременно рассказывать обо всем, что произошло в доме. К тому времени, когда я опустилась в горячую воду, я знала о гостях больше, чем за весь предыдущий сезон узнала бы в лондонских гостиных.