Книга Последний рассвет, страница 22 – Анна Тодд

— Ты хотел пригласить меня на ужин? – прямо спрашиваю я.

— Нет. Я просто… Нет, не хотел. Пойдем.

— Хорошо, – киваю я с легким разочарованием.

Ужинать с посторонним человеком – совсем не в моем характере. К тому же мама, вероятно, сходит с ума: я до сих пор не вернулась, телефон недоступен…

— Еще как хотел, – бурчу я себе под нос, не заботясь о том, слышит он меня или нет.

Я что, флиртую? Разве я умею флиртовать? Или остров Майорка так на меня влияет? Выходит, мама права и волшебные чары этого места действуют даже на скептиков?

Если отбросить внешность, этот парень кажется мне ходячим красным флагом. Интуиция подсказывает, что в физическом смысле он угрозы не представляет, однако это точно не тот типаж, о котором я грезила бы ночами, мечтая о новой встрече.

— Давно ты здесь? – спрашивает он, и его слова тут же подхватывает свежий соленый бриз.

— Как видишь, недостаточно долго, чтобы ориентироваться на местности.

Глядя прямо перед собой, я продолжаю идти – спина прямая, ноги гудят от боли, на ступнях уже набухают мозоли.

— Дать тебе мою обувь?

Что? Я не ослышалась?

— Ты еле идешь, – просто замечает он.

Я не оборачиваюсь. Он и так помогает мне добраться до отеля. Надевать его обувь – уже перебор, верно? Мы едва знакомы, и я не хочу чувствовать себя обязанной.

— Имя свое ты не назвал, а сандалии отдаешь? – спрашиваю я через плечо. Мы сворачиваем за угол, минуя живописную заброшенную церковь.

— Я ничего не отдаю – просто предлагаю. У тебя же ноги в кровь сбиты. И кстати, ты тоже не представилась.

Бросив тоскливый взгляд на свои злосчастные ноги, я качаю головой. Ни к чему ему знать мое имя. А мне ни к чему его дурацкие сандалии – такие мягкие, такие удобные…

Наконец мы подходим к отелю, и я невольно замираю, любуясь его ночной красотой. Он и впрямь похож на замок, нависший над скалистым берегом. Светлый, идеально несовершенный серый камень, из которого он сложен, – это просто архитектурная мечта. Даже здесь, у парадного входа, слышится мягкий шум моря. Перед входом выстроены в ряд дорогие автомобили, и я с облегчением понимаю, что водителя мамы здесь нет. Из распахнутых дверей вестибюля слышится музыка… кажется, скрипка.

— Спасибо за помощь, господин инкогнито, – говорю я, обернувшись к своему случайному спасителю.

Я правда благодарна – и за прогулку, и за перекус. Жаль, забыла, как называется та вкуснятина.

— Спокойной ночи, мисс Америка.

Прозвище начинает меня раздражать, и я подумываю высказаться. Но какая-то странная, незнакомая часть меня съеживается от тоски при одной мысли, что сейчас мы расстанемся и больше я его не увижу. В путешествиях такое случается: люди придумывают себе головокружительные романы, которые изменят их жизнь навсегда. Вот только я, Ория Пера, живу в другой реальности – той, что душит на корню любые грезы.

— Знаешь, «Мисс Америка» – жутко сексистский конкурс, унизительный для женщин. А мужчины, которые на нем наживаются, – настоящие свиньи, – говорю я, делая шаг к двери. Ноги нестерпимо гудят.

— Неужели?

— Именно. В моей семье женское тело никогда не было объектом сексуализации. Мы ценили интеллект. Поэтому такое прозвище меня оскорбляет.

Какое-то время он молча на меня смотрит.

— Хм. А меня, знаешь ли, оскорбляет, что пестициды, которыми щедро поливают эту идеальную лужайку, стекают прямиком в каналы, где мы ловим рыбу. И еще меня оскорбляет, что ты вторглась на наш пляж и, скорее всего, бросила там пластиковую бутылку или стакан, даже не задумавшись о последствиях. Твой номер за ночь стоит больше, чем местные зарабатывают за полмесяца, но похоже, алчные американцы готовы уничтожить и наш рабочий класс, и наше побережье. Мне продолжать?