Книга Искатель 27, страница 110 – Сергей Шиленко

— И спрашиваешь именно сейчас, — её слова зазвенели металлом. — После того, как я подпустила тебя так близко к себе! После того, как мы ели вместе и говорили о семье! Мне не нравится этот торг, близость не должна служить платой за уступку.

Первым моим желанием было огрызнуться, но я его подавил. Если собеседник услышал не то предложение, бесполезно повторять его громче, нужно убрать всё, что мешает услышать.

Я поднялся с её ладони и спрыгнул на меховой настил. Затем снял с пояса кинжал, положил рядом с собой и сел напротив Ивальды, сразу став не любовником, а командиром перед представительницей чужого рода.

— Согласен, — сказал я. — Значит, личное убираем со стола. Ты мне ничего не должна ни за дорогу, ни за помощь, ни за то, что было между нами. Сейчас я предлагаю деловую схему. Если она тебе невыгодна, ты отказываешь без обид и последствий для всего остального.

Ивальда посмотрела на меня с интересом, но молчала.

— Мне не нужны ваши общие земли, — продолжил я. — лишь одна точка выхода на участке твоего рода. Место и подход к ней выбираешь ты, до моего выхода можешь отменить разрешение без объяснений. После разведки решение о бое принимаю я, но по заранее оговорённым правилам: если наблюдение выявит дальние атаки, перекрытый путь отхода или противника заведомо выше нашего уровня, сразу подаю сигнал и отступаю. За Серый хребет не перехожу ни при каких обстоятельствах.

— А добыча? — спросила она.

— Вся идёт совету как залог моего дружеского отношения. Складываю её отдельно, ничего не продаю, не раздаю и не считаю своим, пока старейшины не примут решение. Предметы могу испытать на месте, если это нужно, чтобы понять их свойства и пользу, но, заметь, испытать — не значит присвоить.

Лили подняла палец.

— Я свидетель, — она сняла очки, дохнула на стёкла и принялась протирать их краем рубахи, верный знак, что настроилась серьёзно. — Если он случайно забудет разницу между «испытать» и «утащить домой», я напомню. Больно. У меня отличная память и тяжёлая ложка.

— Спасибо за доверие, — пробормотал я.

— Всегда пожалуйста, — она водрузила очки на место и показала мне язык. — Люблю тебя тоже.

Ивальда перевела взгляд с неё на меня.

— Ты просишь не право на охоту, а просишь дать тебе возможность представить совету уже совершённый поступок.

— Именно. Слова можно назвать жадностью, хитростью или красивой ложью. Одна очищенная точка, карта боя и нетронутая добыча — это доказательство. Причём доказательство, после которого совет всё ещё может сказать «нет».

— А если на точке окажется вещь, ради которой Искатели убивают друг друга?

Вопрос был задан очень спокойно, поэтому прозвучал серьёзнее всего остального.

— Положу её в тот же отсек.

— Даже если она даст тебе силу, необходимую для спасения твоих людей?

Вот теперь Ивальда нащупала правильное место. Я мог пообещать что угодно, но она хотела понять, где именно моё слово треснет.

— Тогда я испытаю её, запомню, что она умеет, и всё равно предъявлю совету, — ответил после короткой паузы. — Если нам будет грозить опасность, воспользуюсь ею для спасения жизни, а потом отчитаюсь о каждом применении, но за границу ради неё не скроюсь и не спрячу в тайне от тебя.

— Хорошо, — тихо сказала Лили. — Это тоже свидетельствую.

Ивальда провела большим пальцем по краю ладони, словно стирала невидимую черту.