Книга Берегитесь, тетя Аделаида!, страница 65 – Флора Торн

Дарси перелистнула тетрадь до последней страницы. Там была таблица с датами и обозначениями. Напротив двадцать шестого июня она увидела пометку: «Лист № 2 поврежден». Со вздохом она подписала: «Лист № 2 окончательно сломался, зато лист № 3 изменил цвет, а лист № 4 растет медленнее по неизвестной причине». Удовлетворившись статистикой, Дарси поднесла лупу к лицу и попыталась разглядеть прожилки на сорняке под покрывалом.

— Подозрительный бутылочный оттенок, – театрально протянула она, пристроив лупу на манер монокля, затем перелистнула еще страницу.

«Кажется, в последнее время миссис Коттон тоже что-то подозревает, она то и дело повторяет мне: “Не будь Евой, не лезь в яблоню”».

— Ха! – воскликнула Дарси на подозрения миссис Коттон, а потом решила, что нужно написать что-то и для своих будущих проектов пансионата Святой Уинифред. Хотя, конечно, для этого у нее была отдельная тетрадка. Размашистым почерком Дарси вывела: «Пособие, как вести расследование, для девиц старше четырнадцати лет».

Она послюнявила карандаш, принявшись сочинять: «Пункт первый. Никогда не верь первой версии, даже если это версия полиции.

Пункт второй. Следи за мелочами и не брезгуй окунуть голову в мусорную корзину.

Пункт третий. Всегда держи под рукой карандаш и тетрадь. После дня расследования твоя память может стать похожей на ту самую мусорную корзину.

Пункт четвертый. Не бери в напарники зазнаек, только если не хочешь потренировать остроумие.

Пункт пятый…»

Тут ее прервало восклицание Аделаиды, доносившееся, к ужасу Дарси, от кротовой ловушки.

— Что такое? – Девочка подбежала к ней.

— Ничего, – буркнула Аделаида, а потом с досады все-таки всплеснула руками. – Не понимаю, что творится с бегониями! Сегодня им должно было стать лучше!

— Должно быть, это из-за жары, – ответила Дарси, подвинувшись, чтобы закрыть землю спиной. – Уже завтра обещали дождь.

— Когда его обещают, его никогда нет, – в сердцах стенала Аделаида. – Где Герхард?

— М-м. – Дарси покачалась на носках. – Занят работой.

— Если Герхард вдруг начал работать, – Аделаида бросила отчаянный взгляд на небеса, – нас ждет библейский потоп!

Дарси, соглашаясь, хмыкнула, а когда Аделаида ушла, виновато посмотрела на землю. Она и сама не понимала, в чем тут дело и отчего бегонии тети таинственным образом начали синеть.

Аделаида Уотерхейм вернулась в дом, уронив на ходу вешалку. Для успокоения чувств она еще раз подергала отключенный телефонный провод, а потом распечатала присланную утром телеграмму. «Аделаида, – писал Морис, – тчк. Я уже выкупил полки центрального магазина. Тчк. Миссис Гатецки готова выращивать к презентации цветы, какие тлк пожелаешь. Просто дай нам знать, что убивает в этом сзне. Тчк. Три воскл знака».

Аделаида смяла телеграмму. Что убивает в этом сезоне? Она понятия не имела что, но телеграмма Мориса убила в ней всякое вдохновение, особенно когда любовно выращенные и приобретенные всего в прошлом году бегонии начали первыми отходить в мир иной. Аделаида тайно приобрела их на выставке, где презентовал растения Артур Эшпертон, и делала все по науке, но, кажется, переоценила у себя садоводческие способности.

Итак, Морис ждет роман к октябрю. Аделаида прикинула, что может попытаться скостить месяц. Да. Потом можно поторговаться на неделю-полторы. Что могут решить полторы недели? Мак! На нее снизошло мысленное озарение. Растение может быть ядовито, но… Превратить маки, символ памяти погибших солдат, в средство убийства – все равно что написать себе реквием вместо пролога. К тому же кто-нибудь обязательно вспомнит и другие упоминания, и роман прикроет цензура. Аделаида снова принялась считать. Она прошла мимо окна, бросив мимолетный взгляд на участок, где миссис Пинч самозабвенно копошилась в клумбах, и со вздохом направилась к печатной машинке. Подвинув столик, она села спиной к окну и вставила чистый лист в железные зубы Imperial.