Книга Берегитесь, тетя Аделаида!, страница 36 – Флора Торн

— Привет. – Дарси облокотилась локтями на стол рядом с Герхардом. – Что это вы читаете?

— Не испорти важные улики. – Герхард отодвинул от нее стопку писем. – Тетя, теперь послушайте вот это. Снова для некоего мистера Лойда: «Дорогой Эдвард, я вынужден настаивать, чтобы ты приехал в Литтл-Милфорд. Признаю, это дело не чрезвычайной важности, но для меня оно очень щепетильно. Ты окажешь мне большую услугу, если приедешь. Я не останусь в долгу. А. Эшпертон».

— Интересно, кто такой этот Лойд.

— Похоже, мне придется это выяснить, – ответил Герхард, переворачивая письмо. – Гринвул, двадцать семь. – Он помахал конвертом. – Почти по пути.

— Ты уезжаешь? – Дарси нахмурилась.

— Мое расследование, – важно ответил Герхард, – привело меня к покупателям Эшпертона, благо все они живут не очень далеко от Литтл-Милфорда. Кто-то из них мог приехать, быстро отравить своего недруга Артура и скрыться. Сначала мы с тетей Адди решили, что это Эшпертон украл у кого-то селекцию и навлек на себя гнев. Однако, – Герхард поднял палец вверх, – то заявление, с которым он хотел выступить, возможно, как раз разоблачало кого-то из других селекционеров. – Он ожесточенно помахал письмами. – Старшая мисс Фоули не оказала нам никакого содействия, но ничего, я собираюсь упрятать это удобрение в центрифугу министерства! У меня еще остались кое-какие связи. Это послужит Фоули предупреждением! А я буду искать доказательства частным образом, пока не задышу убийце в затылок.

— А мистер Эшпертон… – Дарси задумчиво покрутила в руках помятое письмо. – Думаете, он не мог умереть собственной смертью? То есть, – она на секунду замялась, – отравиться сам?

— Полнейшая ерунда! – воскликнул Герхард. – Мой психологический портрет Эшпертона совершенно не подразумевает такой нелепости.

— Полагаю, Герхард прав, Дарси. Если бы Эшпертон хотел свести счеты с жизнью, он выбрал бы более разумный способ. По крайней мере, я бы точно не хотела, чтобы меня нашли лежащей лицом в собственных клумбах. Что навело тебя на эту мысль?

— Да так. – Дарси нервно заправила волосы за ухо. – Некоторые разговоры о душе. С мистером Буделоком.

— Ты зря потратила время, – съязвил Герхард. – И, кстати, тетя запрещает тебе впутываться в расследование.

Глаза Дарси потемнели.

— Запрещает? – переспросила она. – Еще день назад вы не признавали во мне родственницу, а теперь что-то запрещаете?

— Дарси, это может быть опасно, – настаивала Аделаида. – Поверь моему опыту.

— Какому опыту? – прямо спросила Дарси. – Вы же ничего не расследуете. В жизни вовсе не так, как в книгах. – Она старательно пыталась скрыть обиду.

— Бросьте, тетя, – неожиданно пришел на выручку Дарси Герхард. – Пока она беседует с мистерами Буделоками, ничего не случится.

Озадаченная Дарси с благодарностью посмотрела на Герхарда, но тот всего лишь преследовал цель отодвинуть ее подальше от собственного расследования и поместить в рамки, одобренные Аделаидой.

— Ну хорошо! – Аделаида всплеснула руками, снимая с плиты выкипающую кастрюлю. – Но я бы очень хотела побеседовать с твоими родителями, – пригрозила она.

— Конечно, – согласилась Дарси, по-хозяйски доставая тарелки из буфета. – Когда они вернутся из Лондона. На севере поля жрет какая-то тля, – виновато добавила она. – Возможно, они вернутся не скоро.