Книга Умереть для коллекции, страница 97 – Питер Джеймс

Тут вернулся Брэнсон.

— Послушай, Гленн, что ты имел в виду, когда говорил, что Ари хочет тебя наказать?

— Когда мы с Ари только познакомились, то трахались каждый день, с утра до вечера. Понимаешь? Просыпались и трахались. Потом выходили куда-нибудь, ели, скажем, мороженое, просто болтались по городу. А вечером снова трахались. Ну прямо как в сказке, честное слово. – Он залпом выпил почти полкружки. – Да что там, я и сам знаю, что такое не может продолжаться вечно.

— Это нормально, так бывает почти у всех, – сказал Рой. – Но и нормальная жизнь тоже не всегда одинаковая. Моя мама говорила, что жизнь – это как главы в книге. В разное время происходят разные вещи. Жизнь постоянно меняется. Знаешь секрет счастливого брака?

— Какой секрет?

— Не служи в полиции.

— Забавно. Очень иронично, да? Ведь именно этого она от меня и хотела. – Гленн покачал головой. – Не понимаю, с чего она все время злится. На меня злится. Знаешь, что она сказала сегодня утром?

— Ну и что же?

— Она сказала, что я нарочно не даю ей спать, представляешь? Например, когда я встаю ночью, чтобы сходить в туалет, то якобы специально целюсь в воду, чтобы звук был громче. Говорит, если бы я любил ее по-настоящему, то писал бы на стенку унитаза.

Грейс вылил содержимое вновь принесенного стакана в прежний стакан.

— Ты это серьезно?

— Еще как серьезно, старик. Я все делаю неправильно. Говорит, что ей нужно личное пространство и плевать она хотела на мою работу. По вечерам она хочет гулять и не готова быть привязанной к детям… Это моя обязанность. А если мне надо работать допоздна, то, говорит, найми для них няньку.

Грейс потягивал виски, и ему вдруг пришло в голову, что у Ари, возможно, с кем-то роман. Но он не хотел еще больше расстраивать друга.

— Нет, так жить нельзя, – сказал он.

Брэнсон взял пачку чипсов и повертел ее в руках.

— Я люблю своих детей. И не желаю проходить через всю эту грязь развода, а потом видеть их всего несколько часов раз в месяц.

— Как давно это у вас происходит?

— С тех пор, как у нее в голове завелся бзик самосовершенствования. По понедельникам она ходит на вечерние занятия по английской литературе, по четвергам – по архитектуре. А в промежутках еще всякое дерьмо. Я больше не понимаю ее… никак не могу до нее достучаться.

Какое-то время они оба молчали, потом Брэнсон изобразил на лице веселую улыбочку:

— Но в любом случае я должен разобраться со всем этим дерьмом, верно?

— Нет, – ответил Рой.

Он понимал, что если Ари снова выгонит Гленна, то лично ему с таким жутким жильцом опять грозит адская жизнь. Пару месяцев назад он пригласил Гленна пожить у него, и дом превратился в такую помойку, что, пусти он к себе нажравшегося галюциногенных грибов слона, его дом был бы, пожалуй, чище.

— У меня такое чувство, типа, мы здесь с тобой в одной лодке.

Гленн улыбнулся, второй раз за весь вечер. Потом наконец вскрыл пачку чипсов и заглянул внутрь, и по его лицу пробежала тень разочарования, будто он ждал, что внутри окажется что-то другое.

— А как поживает Кассиан Пью… пардон, детектив-суперинтендант Кассиан Пью? – спросил он, и Грейс пожал плечами. – Он что, дорогу тебе перешел?

— Думаю, собирался, – улыбнулся Грейс. – Но мы быстро поставили его на место.