Книга Пан Станислав. Атаман, страница 33 – Максим Мацель

Написать письмо хану Мартынов, однако, наотрез отказался. «Не в ладах мы с ним, – скривился войсковой судья, словно от зубной боли. – Нравом Екрем крут, а я кланяться не привык. Сам выкручивайся».

— Алтана, – негромко обратился Стас к девушке, когда они отмахали добрую половину пути и стали на короткий привал. – Кого ж ты искать там станешь?

— Родню, – коротко бросила та. – У матери сестра и два брата были. Может, живы еще. Мать наказывала искать хана Ценден-Дорджи. Он нашу семью хорошо помнит, должен помочь.

— А какой у него улус и где нынче кочует?

— Не знаю, Станислав.

— А ты сама-то… по-калмыцки говоришь?

— Понимаю почти всё, а говорю плохо, язык не слушается.

Сумерки опустились на степь рано, до предполагаемой границы кочевья не доехали каких-нибудь пять верст. Решили не рисковать и заночевали на опушке небольшой колки, зарывшись в теплую копну сена. Ночь еще не была студеной, хотя дыхание скорой зимы уже чувствовалось в резком ветре – вот-вот должны были грянуть настоящие морозы. Алтана, не чинясь, свернулась калачиком и тесно прижалась к шляхтичу, ища тепла. Тот попытался было незаметно отодвинуться, однако девушка властно взяла его за руку и положила ее на свою талию.

— Не ерепенься, Станислав. По-другому в степи не согреться, иначе замерзнем к рассвету, – пробормотала она сонно и почти сразу затихла.

Стасу не спалось. Слишком много тяжелых мыслей теснилось в голове под шорох сена. Он думал об Игнате: где он сейчас, как его разыскать, чтобы вместе пробиваться в Петербург? Представлял он и лицо Михаила Ивановича, когда тот увидит своего протеже, свалившегося как снег на голову. Советник за словом в карман не лезет, выскажет всё по полной, и будет кругом прав. Скоро год, как Стас покинул столицу, а в руках – лишь дорожная пыль да горькие потери. Казна растрачена, а главное – Прошку не уберег. Ведь предупреждал его советник, что за жизни подчиненных спрос будет особый.

В памяти всплывали страшные подробности смерти Прошки. Пьяная драка? Нет, Стас в это не верил ни на миг. Слишком чисто было перерезано горло, слишком точными были обе раны – так работают профессиональные мясники или те, кто привык убивать без лишнего шума. Французский след из призрачного становился осязаемым. Какую же тайну успел нащупать Прошка в этих степях, что его решили убрать столь решительно и безжалостно?

И конечно, Даша. Ее образ стоял перед глазами, вызывая острую боль. Из-за убийства и спешного бегства у него не осталось и минуты, чтобы объясниться. Что она теперь думает? Для нее он теперь не благородный шляхтич, а очередной чванливый господин, покупающий себе живой товар для утех на рынке. Нужно будет во что бы то ни стало найти ее по возвращении. Даша притягивала его к себе с такой силой, что он перестал противиться этому чувству, понимая – оно стало его единственным якорем.

Хотя с точки зрения рассудка ему следовало как можно дальше держаться от девушки. После разговора с Мартыновым Стасу стало понятно, какую игру с ним затеяли атаман Орлов вместе с Князевым. Они решили обвинить его в блуде с казачкой, чтобы под угрозой суда и расправы принудить покинуть земли Войска. А Князев-то, оказывается, с гнильцой – использовать Дашу, чтобы та принесла ложное свидетельство против него. Вот зачем он посылал ее с продуктами на зимовник. Вот чего она не могла сказать ему во время их последней встречи. А что же сама Даша? Было ли ее чувство искренним, или она только подыгрывала Князеву…