Книга Загадка Версальского дворца, страница 51 – Адриен Гётц

Один из мужчин в черных джинсах и черной рубашке выходит вперед. У него зычный голос церковного певчего, который слышен даже за окном.

Пенелопе не составило труда позже разыскать в учебнике по литературе XVII века Лагарда и Мишара, доставшемся ей от матери, текст, прочитанный им вслух:

Мемориал Блеза Паскаля

ГОД БЛАГОДАТИ 1654

Понедельник, 23 ноября, день святого Климента, папы и мученика, и других мучеников. Приблизительно от десяти с половиною часов вечера до половины первого ночи. ОГОНЬ. Бог Авраама, Бог Исаака, Бог Иакова, но не Бог Философов и Ученых. Уверенность. Уверенность. Чувство. Радость. Мир. Отец Праведный, мир не познал тебя, но я тебя познал. Радость, Радость, Радость, слезы радости. Dereliquerunt me fontem aquae vivae^[155].

Вандрий и Пенелопа сразу же узнают Медара. Рядом с ним человек в черном, вероятно тот самый, которого они встретили в квартале антикваров. Пенелопа вспоминает труп возле фонтана Латоны. А может быть, именно так пытали, а потом убили маленькую китаянку? Вандрию в тот же миг приходят на память американские сериалы, которые он смотрел, когда вел колонку, посвященную телевидению: чудовищное убийство с кровавыми ранами на теле, оставленными маньяком, никогда не бывает единственным. В следующих сериях герои обязательно находят еще один или два трупа с такими же увечьями. Разве что он, Вандрий, прыгнет сейчас в окно – один против всех – и спасет несчастную девушку.

— Думаешь, шеф пАРТизан среди них? Вандрий, ты меня слушаешь? – шепчет Пенелопа.

— Трудно сказать. Нужно было взять с собой этих двоих, Жака и Марсиаля. Он угрожает ей шпагой. Пенни, у нас преимущество: они на свету. Ворвемся?

— Подожди. Клинок изгибается, на теле нет крови. Посмотри на ее лицо! Она в экстазе… Что это за психи? Она дрожит, будто ее бьет током.

— Фарид, вы знали, что Медар участвует в таких публичных забавах? – спрашивает Пенелопа. – Ага, они убирают шпаги, мужчина подает девице белую тунику, – похоже, все закончено.

— Медар много говорит, но ничего толком не рассказывает, – отвечает Фарид. – Постойте-ка, эта малышка, которая была раздета, – я же ее знаю. Она иногда приходит за ним. Это Эстер, его дочь.

Оставаться дальше опасно. Последний взгляд – и бегом к электромобилю, спрятанному за деревьями, участники вот-вот выйдут. Искаженное ужасом лицо в последнем ряду среди плачущих женщин поражает Пенелопу – оно ей знакомо, это Барбара Грант.

— Видите ли, Пенелопа, по утрам я всегда играю в «хронику». Хотите, научу? Берется номер «Фигаро», страница «Хроника дня», которая раньше называлась «Хроника светской жизни». Я разработал шкалу оценок: внимательно читаешь объявления и ставишь галочки возле знакомых имен. Те имена, которые вам знакомы или легко вписываются в комедию нашего общества, – один балл. Люди, которых знаешь лично, пусть даже шапочно, – два балла. Люди, которых знаешь хорошо, – три балла. Близкие друзья – четыре. Объявления о любом событии – помолвке, свадьбе, похоронах, – на которое вы уже приглашены, – пять баллов и т. д. Ставки растут. Если событие напрямую связано с нашей семьей – скажем, кончина моей тетки Бонларон в прошлом месяце – или непосредственно с нами – например, наша собственная свадьба – это восемь или десять баллов. А максимум баллов, джекпот, но его не удастся сорвать, – это сообщение о нашей собственной смерти.