Книга Юрист с Рублёвки. Том 4, страница 98 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

— Семён Борисович. — Я отодвинул лист к нему. — Кто обнаружил неполноту?

— Что?

— Кто обнаружил, что папки и флешки нет?

Коган посмотрел на Дениса. Тот кашлянул.

— Я, — сказал Денис.

— Вы лично проверяли первоначальный комплект?

— Я… — Денис замялся. — Я видел, как Полина работала с флешкой. Я…

— Я спросил: вы лично проверяли первоначальный комплект? При передаче?

— Нет. — Денис отвёл взгляд. — Я не проверял.

— То есть вы не можете подтвердить недостачу?

— Я видел копирование!

— Копирование — это не недостача. — Я покачал головой. — Копирование — это когда кто-то делает копии. Недостача — это когда чего-то нет. Вы видели, как Полина делала копии. Вы не проверяли, чего нет. Верно?

Денис молчал.

— Верно? — повторил я.

— Верно, — выдавил он.

— Хорошо. — Я повернулся к Когану. — Семён Борисович, я предлагаю вам следующее. Если вы считаете, что чего-то не хватает, — оформляйте отдельную претензию с сегодняшней датой, с перечнем отсутствующего и основаниями. Ну и… — Я улыбнулся. — Мы это обязательно рассмотрим.

— Мне нужна не сегодняшняя претензия, — процедил Коган. — Мне нужно, чтобы прежняя передача была изменена.

— Зачем?

— Потому что она была неполной.

— Семён Борисович. — Я наклонился вперёд. — Прежняя передача подписана без оговорок. Марина Викторовна подтверждает, что передала всё. Полина подтверждает, что работала с разрешёнными копиями. У вас нет ни одного доказательства, что чего-то не хватает. Вы хотите, чтобы Марина подписала задним числом документ, который ставит под сомнение её собственную подпись?

— Она подписала недобросовестно!

— Это ваши слова. А у нас всё задокументировано.

Коган покраснел, да так, что у него на шее вздулись вены.

— Смирнов, — он заговорил тише, — ты не понимаешь, во что лезешь.

— Семён Борисович, — ответил я ровно, — я прекрасно понимаю, во что я лезу. И понимаю, во что лезете вы. Вы пытаетесь задним числом изготовить документ, чтобы подставить меня и Марину. Выбьете из неё подпись задним числом и понесёте такую бумагу в суд — там уже разговор пойдёт о фальсификации доказательств. Статья триста третья. Хотите проверить?

Коган замолчал.

— И ещё, — продолжил я. — Я знаю, что вы просили Марину переписать отчёты по делу Воронина, задним числом и с другими формулировками.

Коган побледнел.

— Что?

— Вы слышали. У меня есть доказательство. Проект «исправленного» отчёта, с вашей пометкой. «Переработать в этом варианте. Подпись — задним числом».

— Это… это конфиденциально!

— Это доказательство. И если вы продолжите, я приложу его к заявлению в полицию — о вашем сегодняшнем визите к ней домой. Вместе с вашим «дополнением» и объяснениями Марины.

Коган посмотрел на Марину.

— Марина, — он заговорил тише, — ты же понимаешь, что…

— Семён, — перебила она. — Я понимаю! — Она повысила голос. — Я всё понимаю. И я не подпишу! Иди ты к чёртовой матери!

Коган встал.

— Ты пожалеешь!

— Нет. — Марина покачала головой. — Это ты пожалеешь! Если продолжишь!

Денис сидел рядом, опустив глаза. Он явно не ожидал такого поворота. Коган повернулся к нему.

— Поехали.

— Подождите, — окликнул я их. — Ещё кое-что: я знаю, что вы написали Рудневой. Директору клиники. О «похищенном» деле. Я хочу, чтобы вы знали: сразу после этой встречи я ей звоню. А при встрече покажу ей акт. И проект вашего «дополнения». И всё остальное.