Онлайн книга «Чесночные баллады»
|
— Гао Ма, выродок, ты принес разорение и смерть в мой дом! Второй брат Фан, засучив рукава и вздернув кулаки, пошел к углу стены. Гао Ма железным кольцом наручников стал бить по обуху меча, извлекая из того печальный перезвон, и уставил залитыми кровью глазами на второго брата Фана. Тот малодушно отступил назад. — Я на тебя в уезд пожалуюсь! Ты погубил мою сестрицу! Не успел уйти второй брат Фан, как явился старший брат Фан. Он прихрамывал сильнее обычного, его волосы подернула седина, глаза загноились, будто это был какой-то немощный старик. Вошел старший брат во двор и сразу поднял плач, мягкие всхлипывания напоминали причитания старухи. Прошел старший брат в комнату, стал бить рукой о край кана, сквозь слезы приговаривал он: — Сестричка… Несчастная моя сестричка… Без вины ты погибла… От плача старшего брата Фана пришлось утирать слезы и пожилым женщинам. За ним в комнату вошло несколько мужчин, подхватили его, стали уговаривать: — Старший брат Фан, мертвому не дано вернуться к жизни, ты здесь – старший брат, она – младшая сестра, как брату тебе надо бы поскорее устроить все ее дела. Услышав это, старший брат Фан прекратил рыдать. Утерев нос, он пробормотал: — Выданная замуж – что пролитая вода, она давно уже не принадлежит семейству Фан, не мое дело, какие будут похороны – достойные или скромные. И, хромой, дрожащий, он побрел прочь, все еще плача. Тут поднялся Гао Ма и криком остановил старшего брата Фана: — Пройди по остальным комнатам, вдруг еще что-то ценное захочешь прикарманить! Старший брат Фан замер было, но, так ничего и не сказав, ушел. Женщины сшили для Цзиньцзюй ярко-красное шелковое одеяние, внесли его к ней. Они сняли с Цзиньцзюй старое платье, обмыли ее тело водой, помогли ей надеть в последний путь новые одежды. Вся в алом Цзиньцзюй походила на новобрачную. Гао Чжилэн влетел во двор к Гао Ма. Он подбирал трупики попугаев, одновременно гладил их, ругался и ронял слезы. Останки птиц Гао Чжилэн складывал в большую плетеную корзину. — Гао Ма, эй Гао Ма, чем тебе пташки досадили? Если есть вопросы – с людьми выясняй, а попугаев-то к чему губить? Это же деньги! Ты меня ободрал как липку… Оставалось еще семь-восемь уцелевших попугаев. Они пристроились на дрожавших макушках джута. Перышки у птиц были взъерошенные, а тела запятнаны кровью. Попугайчики голосили, и стон у них выходил совершенно убийственный. Гао Ма даже стало их немного жаль. Гао Чжилэн сжал губы и издал странный звук, призывая попугаев к себе. — Я – корреспондент провинциального телеканала, нам стало известно о печальной истории любви между вами и покойной Цзиньцзюй, могли бы мы попросить вас рассказать нам о том, как именно все произошло? – Корреспонденту было за тридцать лет, носил он очки в толстой оправе, да еще уродился с большущим ртом, из которого сильно воняло. — Я – сотрудница уездного представительства Федерации женщин[85], борюсь с договорными браками, расскажи мне свою историю! – Это была молодая женщина с выбеленным лицом, изо рта у нее несло мочой. Гао Ма обидно было, что нельзя было мечом снести ей башку. — Катитесь вы ко всем чертям! – гневно объявил Гао Ма, поднимаясь и хватаясь за меч. – Мне нечего вам сказать! — Братец Гао Ма, с гробом не получится, к тому же на северо-востоке в лесах сейчас бушуют пожары, так что цены на древесину подскочили, ее сейчас активно скупают[86], – проговорил Юй Цюшуй, косо посматривая на вздувшееся тело Цзиньцзюй. – Я купил две новенькие циновки из камыша да еще метров семь пластиковой пленки, если мы завернем ее в пленку, а снаружи накроем циновками, то получится не хуже гроба, можно будет спокойно предать ее земле. Как думаешь? |