Книга Его дочь, страница 59 – Кьяра Маркелли

Чавкая с открытым ртом жвачкой, Эмма плюхается на диван с телефоном в руке, а мы с Арно тем временем заканчиваем собирать вещи.

— Хочешь пить? – спрашиваю я.

Не глядя в мою сторону, Эмма отрицательно качает головой. Интересно, марихуану она положила в чемодан или спрятала на всякий случай в бюстгальтер?

Арно забронировал отель в самом центре Флоренции. Трехместный номер, поскольку дорого. Эмма недовольна, и мы тоже вскоре понимаем, что это было ошибкой, но выбора у нас нет. Так решил Арно, хотя в этот раз я была бы рада, если бы он уступил капризам Эммы. Правда, есть и преимущества: мы везде ходим пешком, по утрам смотрим на реку.

— Ты знаешь, что у нас с рекой одинаковое имя? – весело спрашивает Арно Эмму.

— Вот облом! – отвечает она и, оглядывая номер, хмурится: – Я буду спать на раскладном диване?

— А какие могут быть варианты?

— Сами там спите.

У меня невольно вырывается смех. Раньше, когда маленькая Эмма отчаянно рыдала в объятиях Арно, я, стоя позади, спокойно смотрела на нее и усмехалась.

— Ну папа… – фыркает Эмма.

Мгновение. Короткий миг, когда она снова становится ребенком. Перепад между возрастами я буду часто наблюдать во время нашего отпуска. Эмма, которая топает ногой, и Эмма, которая прекрасно ориентируется в городе с помощью телефона.

— Что за история с косяками? – спрошу я Арно.

— Было, но только один раз. Эмма пообещала, что больше так не будет.

«И ты ей веришь?» – подумаю я, но не скажу. За эти годы я поняла, что некоторые мысли лучше держать при себе. Если хочешь быть союзником, а не противником.

— Сейчас быстренько примем душ и пойдем погуляем, – весело говорит Арно.

Мы хотим прогуляться, поужинать в хорошем ресторане.

— Я устала.

— Все равно тебе нужно поесть.

— Можно заказать еду в номер, папа.

Эмма смотрит видео на айпаде, смеется.

Иду принимать душ первой. Думаю, что Арно сделал дочери внушение, потому что застаю ее в плохом настроении.

— Я быстро, – говорит Арно. Он уходит в душ, мы остаемся с Эммой вдвоем.

Я сажусь на диван, Эмма сворачивается калачиком, подтянув ноги и положив одну руку на колено. Словно ставит щит от меня. В памяти всплывают звонки Шарлотте несколько лет назад.

— Как тебе Калифорния? – спрашиваю я.

— Нормально, я давно уже там живу.

— Знаю, но мы давно не виделись.

Эмма не смотрит в мою сторону.

— А как Хелена?

— Кто?

Эмма с открытым ртом жует комок клубничной жвачки, выдувая розовые пузыри. Потом она выплюнет его в мусорное ведро и заменит новым.

— Твоя подруга в начальной школе.

Челюсти работают, пальцы ловко перелистывают картинки.

— Вы были лучшими подругами.

— А, Хелена! – Эмма наконец поднимает на меня глаза. – Я не могла понять, о ком ты говоришь.

— Да, Хелена. Извини, может, я неправильно произнесла ее имя.

— Ничего страшного, – отвечает Эмма, возвращаясь к айпаду.

— У тебя, должно быть, много новых друзей, – вздыхаю я.

— Полно!

Почему я заставляю себя говорить с ней? Может, ради Арно? Или ради нее, ради нас? Ради тех дней, что нам предстоит провести вместе? Но Эмма не хочет разговаривать, это ясно, как божий день. Вместо того чтобы сидеть, как идиотка, и задавать вымученные вопросы, я могу распаковать чемодан, посмотреть в окно, даже поковыряться в носу: Эмме все до лампочки. В самолете она сидела у окна и восемь часов не отрывалась от своего айпада, не сказав мне ни слова ни до, ни после полета. Те немногие фразы, которые она произнесла, были односложными, чтобы попросить меня встать, когда ей нужно было пройти в туалет. Она больше разговаривала со стюардессой, чем с нами. Улыбалась, говорила «пожалуйста». А стюардесса весь полет носила ей апельсиновый сок и чипсы. Если бы Эмма летела одна, не исключено, что уговорила бы стюардессу принести ей рюмку водки.