Книга И все «вчера», страница 17 – Джоэл Моррис

Прошел год, когда наконец наступила перемена, которую я чуяла с тех пор, как уехал мой муж. Она явилась в доспехах, в крови, в пыли и пепле. Остановить ее было некому. Мой отец умер. Мормэр умер (как внезапно с дрожью прошептал мне на ухо слуга).

Она явилась в образе мужчины, который объявил наш дом своим.

Его люди выстроились по старшинству. Это была военная осада пополам с представлением.

Бежать было некуда. Я собрала слуг и вместе с ними встала в торце главного зала. Воины не встретили сопротивления, и никто не пострадал.

Макбет. Я часто слышала его имя в пересудах слуг, в приглушенных разговорах моего мужа о политике.

Он явился во плоти. Вошел в замок, изучая свою добычу. Завидев меня, хозяйку дома, он не замедлил подойти. Я ждала, скрывая страх. Его шаги гулко раздавались под сводами зала. Он остановился, наши лица разделяло всего несколько дюймов. Его взгляд был тверд как кремень. Волосы слиплись от крови. Я почуяла ее запах и затаила дыхание.

Он окинул меня взглядом с головы до ног.

— Кузина, – произнес он.

Он зашагал дальше, исчезнув на лестнице. Лишь тогда я выдохнула.

Кузина. Сколько раз за столом мормэр хвастал перед гостями, что убил собственного дядю^[4], забрал его титул и земли, а своего юного кузена Макбета отправил в изгнание! Макбет лишь признал наше родство через брак.

На мгновение я замешкалась, собираясь с мыслями. Мой «кузен» пришел за тем, что считал своим.

Внезапно меня охватил ужас. Как я могла быть столь беспечна? Как могла оставить своего сына, невинное дитя, наверху одного? Он больше не маленький ребенок. И как единственный наследник титула своего отца представляет угрозу для любого узурпатора, кем бы тот ему ни приходился. Я мысленно представила ужасную картину, все, на что способен меч. Мой сын в полной власти этого человека.

Я бросилась вдогонку за захватчиком. Люди Макбета не пытались меня остановить, полагая, что женщина не может навредить их тану. Я бежала со всех ног, но каждый шаг казался бесконечностью, каждый глоток воздуха доходил до легких слишком поздно.

Почти на самом верху я споткнулась, но поднялась и помчалась по коридору, распахнула дверь детской. Мой сын молча сидел на кровати.

— Сиди здесь, – велела я ему.

Я осторожно пошла по коридору к покоям, которые некогда делила с мормэром. Макбет велел принести воды, нагреть ее и приготовить купель. Он сидел в горячей воде, над которой поднимался пар, как баранья косточка в горшке с бульоном.

Когда я вошла, он не пошевелился.

— Кузина, – вновь произнес он.

Похоже, он был не из болтливых. Я увидела на его плече заживающую рану.

— Это правда? – спросила я. – Мой муж мертв?

Макбет кивнул.

— Его кровь на твоих руках? В его крови ты явился в мой дом?

— Нет, – ответил он. – Не в его.

— Это не ты его убил?

Макбет задумался над вопросом. Сейчас я знаю, что он размышлял, солгать мне или нет.

— Я.

Как я должна была поступить? Мне следовало взвиться в ярости. Следовало наброситься на убийцу с кулаками. Следовало заплакать. Следовало погрузиться в пучину отчаяния.

Ничего подобного я не сделала. Возможно, я удивила нас обоих.

— И как долго ты пробудешь здесь? – спросила я.

Он опять ответил не сразу.

— Столько, сколько ты пожелаешь.

Был ли он захватчиком? Гостем? Это о нем говорилось в пророчестве, это он принес мне погибель? Или просто случайно вошел в нашу жизнь?