Онлайн книга «19 лет убийств»
|
Трубка вышла из ноздрей Бао Сиди, извиваясь, как живая змея. Красный, как будто, Красный, как будто горящий огонь, Он символизирует чистую дружбу и любовь. … … … Спасибо за внимание! Вэнь Сюцзюань отпустила руки, трубка бесшумно упала на пол. Мама все так же лежала на кровати, и только из подносового желобка к ключице тянулся светлый мокрый след. Он остался от перемещения трубки, а ее другой, темно-коричневый конец лежал на тонком одеяле на груди Бао Сиди. Вэнь Сюцзюань уставилась на одеяло, очень скоро оно перестанет подниматься и опускаться. Далее мы будем транслировать для вас легкую зарубежную музыку. Снаружи послышались торопливые шаги, полуприкрытая дверь неожиданно распахнулась, сильно ударив Вэнь Сюцзюань по затылку. Она упала на пол, не чувствуя боли, казалось лишь, что мир куда-то отдаляется. Она смотрела на соединительную уздечку, лежавшую поперек под носом, а трубка тянулась через всю бесконечную комнату на другой конец. Возникла пара больших ног и наступила на нее. Слишком поздно, папа, слишком поздно. «У тебя остались только мы вдвоем», – подумала Вэнь Сюцзюань. Глава 2 Кокон 1 Когда суперклей почти высох, Вэнь Сюцзюань прижала резину для ремонта шин к внутренней камере, чтобы закрыть отверстие от осколка стекла, и деревянным молотком постучала – тук-тук-тук-тук. Затем накачала шину и погрузила ее в таз с водой, чтобы убедиться в отсутствии дыр, пропускающих воздух, после чего вставила внутреннюю камеру в покрышку, завинтила сердечник клапана и накачала шину полностью. Владелец машины, интеллигентный мужчина средних лет, стоял в сторонке и с хмурым лицом читал только что купленную вечернюю газету «Синьминь». Вэнь Сюцзюань сказала, что шина готова, он опустил газету, открыв лицо, и спросил, сколько стоит. Вэнь Сюцзюань ответила – один юань, мужчина кивнул, дочитал новости, вздохнул и бросил деньги в стоявшую на земле белую эмалированную миску. Вэнь Сюцзюань краем глаза увидела газетную полосу, которую он читал: в заголовке говорилось, что умер писатель по имени Лу Яо[24]. — Мастер Чжан, я пошла, – сказала Вэнь Сюцзюань владельцу авторемонтной мастерской, который в этот момент чинил шарниры другого модного скоростного автомобиля. — Хорошо, деньги возьми сама. Вэнь Сюцзюань угукнула в ответ, помыла руки в тазу с водой. Достала из миски восемь мао[25] и закинула за спину рюкзак. — На улице холодно и темнеет рано, можешь поработать еще пару дней – и достаточно, а то потом обморозишь руки, и они станут шершавыми, а у девочек руки не должны быть такими, как у меня. Вэнь Сюцзюань рассмеялась и, опустив голову, взглянула на свои руки. Выйдя на Старую улицу, она с улыбкой поприветствовала стоявших у обочины соседей. Из-за угла на развилке выскочил незнакомец с окровавленным лбом, за ним гнался Силач, один из бездельников Старой улицы. Он несся с половиной кирпича наперевес и ругался на ходу, а незнакомец молча убегал. Вэнь Сюцзюань прижалась к стене, пропуская их, но сидевший на низкой скамейке продавец фруктов дядюшка А Вэнь не успел увернуться: сначала незнакомец задел и перевернул его корзину с грушами, а потом еще и кирпич Силача ударил его по лицу. Дядюшка А Вэнь разразился целой тирадой, словно петарды взорвались, схватил коромысло и помчался следом. Вскоре он вернулся, насвистывая и с коромыслом на плече, за левым ухом торчали свернутые в трубочку десять юаней. Он увидел, что перевернутая бамбуковая корзина уже поднята, а груши собраны, и поблагодарил караулившую все это Вэнь Сюцзюань. |