Книга Обнулённый 4, страница 30 – Макс Гато, Виктор Рэн

Айзек снял очки, протёр их и надел обратно.

— Я фиксирую факт расхождения между учётными данными и фактическим наличием, — произнёс он. — Мешок соли стоимостью три серебряных на Торговом Посту, а по вашим расценкам все четыре, был израсходован без документального оформления и без санкции управляющего. Это существенное нарушение.

Хаген побледнел, но промолчал. По его лицу было видно, что он хотел сказать ещё многое, но понимал: каждое слово в свою защиту Айзек воспримет как дополнительный повод для учета нарушений.

Ревизия продолжилась. Расхождения нашлись ещё в двух позициях: кожа, которой по книгам четырнадцать штук, а по факту одиннадцать, поскольку три единицы ушли «на латание упряжи для лошадей разъезда». И верёвки, которых по книгам двести локтей, по факту около ста шестидесяти, остальное «использовано для починки ограждения».

Каждый раз Хаген объяснял причины расхождений. Каждый раз Айзек записывал эти причины, абсолютно не меняясь в лице.

К полудню ревизия завершилась. Айзек собрал записи, сложил их в сумку и направился к выходу.

— Я представлю предварительное заключение завтра утром, — произнёс он, не оборачиваясь. — До тех пор прошу не перемещать товары и не проводить никаких финансовых операций.

Хаген остался стоять посреди склада, между полупустыми полками, и выглядел откровенно расстроенно.

Я вышел следом за Айзеком и перехватил Шу у передней двери. Она стояла на своём посту и жевала травинку.

— Ну, удалось чего узнать? — спросил я тихо.

Шу наклонилась ко мне.

— Вчера ночью, когда ты дежурил, я подслушала через щель в стене, как Айзек диктовал помощнице черновик заключения, — прошептала она. — Он рекомендует… как уж там было… временное приостановление деятельности разъезда до устранения нарушений и проведения повторной проверки.

— Он закрывает единственный торговый разъед в округе? — уточнил я.

— Именно. Он намерен закрыть «Лесной ряд» в Косинце до тех пор, пока все бумаги не приведут в порядок. А учитывая то, что я слышала сегодня на складе, бумаги не будут в порядке ещё очень долго. Если вообще когда-нибудь будут.

Закрытие «Лесного ряда» означало конец последнего источника дохода для Блэквудов. Торговцы перестанут ездить в Косинец. Товары, которые Хаген обменивал на услуги, исчезнут. Поселение, которое и без того дышало на ладан, лишится единственной артерии, по которой в него поступало хоть что-то.

Мне нужно было поговорить с Лилианой. Причем сегодня.

Благо, ответ на мой запрос об аудиенции пришёл после обеда. Бенджи подошёл ко мне у колодца, где я набирал воду из ручья.

— Госпожа Лилиана готова принять тебя, Рилл, — произнёс он. — Прямо сейчас, если ты свободен. Но только тебя одного.

— Тогда веди, — сказал я, опустив ведро на землю.

Как и в прошлый раз, я оставил оба меча на входе и прошёл через знакомый коридор в зал для приёмов.

Лилиана сидела в том же кресле, в той же позе: ноги под одеялом, перчатки на руках, но в этот раз на ней была чуть более приталенная рубаха небесно-голубого цвета с высоким воротником. Также в зале не было ни солдат, ни помощников инспектора. Только молодая служанка, которая стояла у двери и поклонилась, когда я вошёл.

Я сделал тот же придворный поклон, что и вчера. Лилиана кивнула.

— Мне доложили, что вы хотели обсудить вопрос безопасности, — произнесла она. — Говорите.