Книга Мертвые куклы, страница 84 – Оливия Нортвуд

Пару дней назад он узнал, что перед осенним балом, в начале октября, в школе пройдет конкурс талантов. Конечно, на бал никто из учеников средней школы не попадет, разве что кого-то пригласят выпускники, но в конкурсе могли поучаствовать все. Он сразу знал, что покажет. Кукольный спектакль. У него уже все было готово. И если отец сейчас что-то сделает с его куклами, он не успеет сшить новых.

— Так, ты меня понял или нет? – настойчиво повторил отец.

Взяв себя в руки, он положил вилку на стол, обнаружив на ладонях красные полукружия от ногтей, и ответил, пытаясь придать голосу непринужденность:

— Понял.

— Что-то я не расслышал.

— Понял, сэр.

— Так-то лучше. Чем заниматься херней на своем чердаке, лучше бы починил дорожку, как я тебе велел. Начнутся дожди, будем в грязи тонуть. У меня-то времени на это нет, – отец откинулся на спинку стула и закурил. Лениво затянулся и выпустил дым вверх. Запах дешевых сигарет заполнил кухню. Под потолком зависла сизая дымка. Солнце село, и в доме стало совсем темно. Мальчишка поднялся из-за стола, ножки стула скрипнули по деревянному полу, и включил свет. Он поспешно собрал посуду, тарелки и вилки нервно звякали в его руках, и едва ли не бросил в раковину, уже наполненную до краев.

— И вот еще что, – отец полез в карман, и мальчишка застыл на месте, ожидая очередной порции оскорблений и ругани. – Вот, держи-ка, – он достал из бумажника помятую десятку и, не глядя на сына, протянул ему. – Купи себе какую-то мазь или вроде того, – мужчина обвел лицо мальчика неопределенным, пренебрежительным жестом рукой с зажатой между средним и указательными пальцами купюрой. – А то смотреть противно.

— Спасибо, – буркнул мальчишка и принялся мыть посуду.

В ту ночь он лег спать поздно. Сначала прибрался на кухне, затем отправился в сарай и заменил прохудившиеся доски на дорожке, ведущей к калитке. Окна отцовской спальни выходили на другую сторону, он бы ничего не услышал еще и потому, что был слишком пьян. После ужина он выпил три банки пива и сделал несколько жадных глотков виски прямо из бутылки, что стояла в шкафчике под кухонной раковиной, припрятанная за бумажным пакетом с проросшим картофелем. Был шанс, что к утру отец забудет об их разговоре, и, если его ничего не разозлит, то мальчику удастся незамеченным выскользнуть из дома с рюкзаком и сумкой, набитой куклами, их одеждой и приспособлениями для веревочных марионеток.

Он решил хранить кукол в школьном шкафчике. Конечно, периодически Патрик и Курт с компанией залепляли замок жевательной резинкой, закидывали мусор через вентиляционные отверстия или обмазывали ручку клеем, но хранить их в школе все же было безопасней.

Рухнув в постель, словно груда бесформенного хлама, мальчишка уснул не сразу. Он все думал, на что потратить десятку, и вообще, с чего отец так расщедрился? Может быть, он хватится денег завтра, и их придется вернуть. Но помечтать ведь он мог? Он подумал, что мог бы купить немного красивой ткани, чтобы сшить новые костюмы куклам, задействованным в спектакле, или подарок девушке, которая ему нравилась. Он подслушал, не специально, что ей до ужаса хочется альбом Нирваны «Nevermind», но отец, он у нее был пастором, поэтому запрещал слушать рок-музыку, а мать это всецело поддерживала. Или все-таки купить мазь от прыщей? Может, тогда ему не придется подкупать девчонок подарками? Он так и поступит. А если что-то останется, купит кукурузный сироп и красный пищевой краситель, чтобы сделать искусственную кровь для спектакля.