Книга Мифы близкого будущего, страница 147 – Джеймс Грэм Баллард

Представляете их теперь? Согласитесь, трудно поверить, что эти двое – муж и жена. Но это так, и в вопросе совместных отношений они пришли к консенсусу, пусть и весьма специфическому, на грани замороченной ритуалистики. Раз в неделю она привозит его из Ванса в Монте-Карло на «кадиллаке» с тонированными стеклами, паркуется на главной площади, они посещают казино, там он проигрывает в рулетку те считаные франки, что она выделяет ему, – на все это уходит полчаса. Потом они приезжают сюда, и в том газетном киоске, упомянутом мной выше, она покупает ему бестолковый бульварный журнальчик – что-нибудь про модные тенденции. Они сидят за разными столиками, она пьет тоник, он – жадно, по-детски, листает журнал. Она, в своей холодной манере, – само воплощение спокойной уверенности, крепчайшего душевного здравия.

А ведь каких-то пять лет назад мне, психиатру, призванному разрешить сложный случай, довелось лицезреть ее в радикально ином свете. В самом деле, мне довольно-таки непросто сразу принять на веру тот факт, что передо мной – та же самая девушка со стремительно распадающейся личностью, какую я впервые увидел в хосписе Богоматери Лурдской. Я вылечил ее – вылечил ту, пред кем сдались многие другие, и за это заплатил отвратительнейшую цену… а уж сколько раз заплатил ее этот печальный старик, едва переступивший границу сорока пяти, трясущимися руками листающий журнал в нескольких столиках от меня, – мне не хочется даже думать.

Прежде чем они уйдут, позвольте рассказать вам эту историю как есть.

Болезнь коллеги – вот что свело меня с Кристиной Броссар. После десяти лет успешной дерматологической практики в Монако я устроился на неполную ставку в американскую клинику в Ницце. Просматривая список пациентов заболевшего коллеги, я сказал секретарше, что некая мадемуазель Броссар, семнадцати лет от роду, не явилась к сроку. Как раз тогда одна из престарелых смотрительниц хосписа Богоматери Лурдской в Вансе – там девушку опекали вот уже три года – позвонила мне лично и отменила консультацию.

— Мать-настоятельница просит извиниться перед профессором Дирейном. Девушка не в состоянии прийти – у нее снова обострение.

Поддавшись какому-то внутреннему порыву, спровоцированному не то смутно знакомой фамилией пациентки, не то этим оброненным монахиней «снова», я запросил историю болезни. Оказалось, это уже третье отмененное назначение за год. Осиротевшая Кристина Броссар была помещена в хоспис в возрасте четырнадцати лет – после самоубийства отца, всецело принявшего опекунство на себя, когда мать девушки погибла в авиакатастрофе.

По части истории я быстро восстановил в памяти целое. Бывший мэр Лиона, Гастон Броссар, был преуспевающим строительным подрядчиком-мультимиллионером. На пике успеха этот пятидесятипятилетний мужчина женился в третий раз. Для своей молодой невесты, красавицы, экс-дивы экрана, он построил роскошный особняк в предместьях Ванса. Однако, к сожалению, спустя всего два года после рождения Кристины молодая мать умерла, когда самолет компании, следующий за мужем в Париж, разбился в Альпах. Броссар тяжело переживал утрату. Оставшиеся годы своей жизни он посвятил заботе о маленькой дочери. Все бы хорошо, но двенадцать лет спустя, без всякой видимой причины, старый богатей застрелился в собственной спальне.