Книга Одержимые убийством. Грязная война англичан в Северной Ирландии, страница 72 – Мартин Диллон

Днём 3 августа 1973 года судья Финли обратился к переполненному залу Специального уголовного суда Дублина. Он заявил, что Кеннет и Кит Литтлджоны признаны виновными в преступлении, в котором они были обвинены, и что это преступление влечёт максимальное наказание в виде пожизненного тюремного заключения. Ограбление было тщательно спланировано и включало захват в заложники молодой жены и её детей, а также и безжалостное приведение их в ужас не только за свои собственные жизни, но и за жизнь мистера Каррана. Суд пришёл к выводу, что в подготовке и совершении преступления Кеннет Литтлджон был лидером, а Кит играл важную, хотя и несколько подчинённую роль. Независимо от мотивов или сочетания мотивов, которые привели к совершению преступления, минимальным наказанием, которое суд мог назначить Кеннету Литтлджону, было двадцать лет каторжных работ; Кит Литтлджон был приговорён к пятнадцати годам. Когда братьев выводили со скамьи подсудимых для отбывания наказания в тюрьме «Маунтджой», Кеннет Литтлджон повернулся к публичной галерее и сказал: «Спасибо, Англия. Спросите Каррингтона, что он об этом думает».

В течение нескольких дней после суда ходили слухи об утверждениях Литтлджонов, что они работали на британскую разведку. Только газеты Ирландской Республики уделили много внимания суду и утверждениям, которые всплыли из показаний Кеннета Литтлджона. Однако ирландское правительство и особенно бывший таоишак Джек Линч были смущены сагой о Литтлджонах, потому что большой упор делался на то, была ли заключена сделка об освобождении Уаймана и Криниона и был ли Линч на раннем этапе проинформирован своим послом в Лондоне о том, что Литтлджоны работают на британскую разведку.

В недели, последовавшие за судом, единственным поводом, по которому британское правительство почувствовало необходимость что‐либо сказать о политических делах в Ирландии, стало сообщение в газетах о том, что Джек Линч «подозревает», что взрывы в Дублине 2 декабря 1972 года, в результате которых погибли два человека и семьдесят четыре были ранены, были делом рук британских агентов разведки. Это утверждение, приписываемое бывшему таоишаку, вкупе с перешептываниями аналогичного характера в Дойл Эрен, грозило вызвать серьёзный разрыв в англо-ирландских отношениях. В Лондоне лорд Уигг, отвечавший за безопасность при предыдущей администрации Гарольда Уилсона, призвал к отставке лорда Каррингтона, утверждая, что дело Литтлджонов требует публичного расследования и что отношения между Британией и Ирландской Республикой находятся в серьёзном упадке. Британское правительство официально не отреагировало на заявление Джека Линча, но дало понять через неофициальные каналы, что мало полагается на утверждение, основанное лишь на «подозрении». Однако влияние утверждения Джека Линча должно было быть долговременным и будет рассмотрено позже в этой книге.

К концу августа 1973 года казалось, что дело Литтлджонов отошло в историю. Брайан Мазерс в конце концов был осуждён за свою роль в ограблении и приговорён к десяти годам тюремного заключения. В январе 1974 года Роберт Стокман, назвавший себя тридцатипятилетним менеджером по производству одежды с Веллингтон-стрит в Лондоне, предстал перед Специальным уголовным судом в Дублине по обвинению в ограблении отеля Hillgrove в Латлоркане, графство Монахан, в Ирландской Республике 8 октября 1972 года на сумму 1141 фунт стерлингов, а также в том, что он был вооружён наступательным оружием и находился в компании другого лица. Обвинитель сообщил суду, что Стокман под угрозой пистолета задержал портье отеля и похитил деньги, которые были выручкой от танцев. Стокман, излагая свою историю суду, сказал, что он был арестован детективами Скотленд-Ярда 19 октября 1972 года и обвинён вместе с братьями Литтлджонами. После того как он был экстрадирован в Республику, обвинение, связанное с ограблением банка на Графтон-стрит, было снято. Дальнейшее обвинение в укрывательстве одного из братьев в Лондоне также было снято. Он отрицал, что когда‐либо был в Монахане, и утверждал, что находился в Лондоне, когда было совершено ограбление отеля. Он сказал суду, что планировал купить ресторан в Торки с Кеннетом Литтлджоном, и, когда его спросили об этом, добровольно заявил, что задаток за ресторан не был частью 67 000 фунтов, украденных у Allied Irish Bank. Судья Уголовного суда господин Райан оправдал Стокмана по всем обвинениям, связанным с ограблением в Монахане, заметив, что опознание, в ходе которого Стокман был выбран после преступления, «не бесспорно».