Книга Дни в джунглях. Гватемальские партизаны против латифундистов, страница 90 – Ноам Хомский, Марио Пайерас

В феврале 1971 года, после десяти лет переговоров, правительство Гватемалы подписало контракт с Empresa Exploraciones y Explotaciones Mineras de Izabal. Согласно контракту, EXMIBAL, дочерняя компания International Nickel Co. (принадлежавшей канадскому, но контролируемой американским капиталом), с 20‐процентной долей собственности американской компании Hanna Mining Co., получила право добывать значительные никелевые ресурсы Гватемалы в провинции Исабаль и экспортировать 60 миллионов фунтов никеля ежегодно в течение следующих сорока лет. Проект обещал серьезный сдвиг в экономике Гватемалы.

Переговоры начались в 1960‐х годах после того, как Hanna завершила первоначальную разведку в районе озера Исабаль. Совместная дочерняя компания INCO-Hanna была сформирована в 1960 году и получила сорокалетнюю горную концессию в 1965 году. Новый горный кодекс, очень благоприятный для иностранных инвесторов, уже был принят в Гватемале. Окончательный контракт был подписан только в феврале 1971 года. За это время предполагаемые инвестиции выросли в четыре раза – с 60 до 250 миллионов долларов – став крупнейшим отдельным проектом в стране, удвоив все предыдущие инвестиции США. Одной из причин длительного тайного процесса переговоров было желание INCO получить благоприятные рыночные условия. Но еще более важным было сильное противодействие проекту со стороны значительных секторов гватемальского населения, что вынудило правительство договариваться о лучших условиях, чем те, которые компания изначально пыталась навязать.

Если бы контракт прошел на условиях INCO, он сделал бы EXMIBAL привилегированным анклавом, каким когда‐то была UFCo. Тот факт, что за десять лет переговоров Гватемала добилась уступок, был прежде всего результатом энергичной кампании, которую вели критики в Национальном университете и других прогрессивных кругах. Многие из этих критиков были убиты или подверглись другим репрессиям. Окончательный контракт был подписан, когда Гватемала находилась в условиях строгого осадного положения, запрещавшего любую политическую деятельность и свободу слова – символическое выражение, возможно, гарантированной «политической стабильности», которую требовала INCO. Политические последствия были еще более взрывоопасными, потому что зона действия EXMIBAL была местом партизанского восстания и первой жестокой контрповстанческой кампании в 1960‐х годах.

Но даже после подписания контракта INCO не приступила к инвестициям, ссылаясь на отсутствие финансирования. На самом деле тактика затягивания INCO была направлена на получение инвестиционных гарантий от правительства Гватемалы и, что еще более важно, на ожидание благоприятной конъюнктуры мирового рынка. Великая нехватка никеля и сверхвысокие цены 1960‐х годов, которые вызвали интерес к проекту, наконец закончились, и в 1971 году, в рамках общей рецессии в промышленно развитых странах, продажи и цены резко упали. INCO ответила сокращением производства и занятости в целом, фактически сделав Гватемалу резервом. Когда в 1973 году условия мирового рынка улучшились, INCO начала проект, но в значительно меньших масштабах. Завод наконец открылся в 1977 году и отправил первую партию никеля в 1978 году. Но столкнувшись с ростом цен на нефть и падением цен на никель, EXMIBAL так и не стала прибыльным предприятием, и в 1981 году весь проект был приостановлен. Так закончились мечты о том, что никелевый проект «спасет» экономику Гватемалы.