Книга Крымский перелом, страница 27 – Эдуард Тен

— Опять мы упираемся в межличностные распри, — с горечью заметил я. — Министры отвергнут даже самые блестящие и выгодные проекты лишь потому, что сам носитель идей им не по нраву. Александр Николаевич, на что это похоже?

Я взглянул на цесаревича в упор. Он выдержал мой взгляд не сразу, но всё же отвёл глаза.

— Ты прав, Пётр, — тихо ответил он. — Но обстоятельства таковы, что нам приходится мириться с известными несовершенствами. В том, что государственное управление далеко от идеала, моей вины нет. Повторюсь: придётся искать иные пути. Впрочем, как я понимаю, ты уже их предусмотрел. — Он усмехнулся.

— Не без этого, Александр Павлович. Однако я покорнейше прошу вашего содействия в делах флотских. Речь идёт о разработке и строительстве канонерских лодок и более крупных судов с паровыми двигателями. Мне удалось собрать толковых специалистов в этой области, они гарантируют результат — в этом я не сомневаюсь. Если им не чинить помех и обеспечить хотя бы минимальное финансирование, обещаю: программа будет выполнена в сжатые сроки. Медлить нам никак нельзя.

Не менее важен и вопрос выплавки собственной оружейной стали — качеством не хуже английской или немецкой. Здесь у нас уже есть хороший задел. Да, затраты велики, но в перспективе выгода с лихвой покроет все издержки. Это не пустые слова: есть расчёты и выкладки, которые я готов представить.

Кроме того, планирую привлечь отечественных инвесторов. На добровольной основе, через создание товариществ и иные формы, они смогут вкладываться в развитие промышленности. Но нужна и небольшая государственная поддержка — участие в делах, чтобы вкладчики чувствовали себя увереннее в создаваемых предприятиях.

— Хорошо, Пётр Алексеевич. Я переговорю с государем по флотским вопросам. Не исключено, что он пожелает выслушать тебя лично. И ещё… — Александр сделал паузу, словно взвешивая слова. — Я готов участвовать своими средствами в тех проектах, которые действительно нужны и сулят пользу.

— То есть вы хотите сказать, что проекты должны быть прибыльными? — уточнил я, пристально взглянув на цесаревича.

— А какой смысл вкладываться в заведомо убыточные предприятия? — ответил Александр с чуть заметной усмешкой. — К тому же, насколько мне известно, предприятия, которые ты организуешь, всегда оказываются в выгоде. Так почему бы и мне не последовать твоему примеру?

— Практичный подход и самое главное есть на кого наехать если что-то пойдёт не так. — Тихо проговорил я.

Днями произошли два печальных события. От апоплексического удара скончался великий князь Михаил — как я полагаю, от инсульта, ибо в последние годы он страдал махровой гипертонией. Но куда более тяжкой утратой для меня стала тихая кончина старого графа Васильева. Он просто не проснулся утром — и это случилось всего через день после смерти Михаила. Семьдесят семь лет… возраст почтенный, даже долгий, но от этого потеря не становится легче.

Я лишился доброго, умного советчика и наставника. Граф не был человеком приятным в обхождении и простым нравом — порой суров, резок, неуступчив. Но по отношению ко мне он проявил себя мудрым учителем, который не щадил меня, когда я ошибался, и не скупился на похвалу, когда я поступал верно. Половина того, чего я достиг, — его заслуга. Он воспитал во мне не только деловую хватку, но и понимание того, что честь дороже выгоды.