Книга Крымский перелом, страница 156 – Эдуард Тен

Подавив в себе раздражение и злость, продолжил знакомиться с корреспонденцией.

Доклад о результативной работе группы № 1, подрыв порохового завода. Английская диверсионная группа. Поджог армейских складов в Варне, диверсионная группа № 2, но, к сожалению, взрыв складов с боеприпасами экспедиционного корпуса не получился. Ветер неожиданно сменил направление, и сгорели частично продовольственные склады и снаряжения. Агент «Хан» успешно внедрился в нужной локации и проходит период адаптации. Далее краткий отчет по важным вопросам.

Настал тот самый момент, когда следовало не торопясь осмыслить положение, взвесить все обстоятельства и начинать действовать — решительно и по возможности безошибочно. Отрадно было сознавать, что скоро подойдут свежие силы: стрелковая дивизия Мангера, пластунская бригада, полк Лермонтова и два казачьих полка с конной батареей. Это внушало некоторую надежду среди общей тревоги.

Линейный корабль французского флота«Святая Елена» — штаб командующего французским экспедиционным корпусом маршала Армана де Сент-Арно.

Маршал Сент-Арно сидел в каюте, предоставленной ему капитаном корабля, и с мрачным, непроницаемым лицом слушал доклад генерала Севонье.

— Монсеньор, положение катастрофическое и ухудшается с каждым часом. Город после пожара превратился в огромную зловонную свалку. По вашему приказу почти все части выведены за городскую черту. Турки постоянно жалуются на разбой и насилие, которые чинят наши солдаты. Пожар уничтожил значительные запасы продовольствия.

Севонье умолк, сочтя излишним перечислять все беды и неурядицы, обрушившиеся на корпус в последнее время. Он хорошо знал характер маршала и не желал испытывать его терпение.

— Монсеньор, только что прибыл английский отряд паровых кораблей. Они доставили экипаж с нашего фрегата «Валенсия», потопленного русскими. Английский паровой фрегат «Гремшир» захвачен вместе с командой и отбуксирован в Севастополь. Спасённый капитан «Валенсии» доложил, что его экипаж сражался до последнего против десяти русских паровых судов и даже повредил один из них.

— Чёртовы трусливые англичане! — прорычал маршал, не скрывая презрения. — Олухи, придурки! Трясутся за свои паршивые шкуры. И с этаким дерьмом приходится быть союзниками.

Отношения с англичанами не заладились у Сент-Арно с самого начала. Извечное соперничество Франции и Англии проступало в каждой мелочи — в порядке построения, в манере отдавать приказы, в высокомерных взглядах, которыми обменивались офицеры при встречах. Номинально маршал Сент-Арно считался главнокомандующим всей союзной армией — как наиболее опытный военачальник. Он снискал себе громкую славу во время алжирского похода, прославившийся жестокостью и неумолимой решительностью. То, что творили его солдаты в Африке, приводило в ужас даже видавших виды европейцев. Император Наполеон III приблизил его, произвёл в маршалы и поставил во главе экспедиционного корпуса именно за эти качества — за умение не колебаться, не жалеть и добиваться результата любой ценой.

Сейчас, в этой тесной каюте, среди волн Чёрного моря, Сент-Арно чувствовал, что удача, сопутствовавшая ему в Алжире, начинает изменять. Но он не был бы маршалом Франции, если бы позволил себе усомниться в победе.