Книга Крымский перелом, страница 115 – Эдуард Тен

— Точно так, ваше сиятельство.

— Кто я — представляться не нужно? — спросил я.

— Никак нет, ваше сиятельство.

— Догадываетесь о причине вашего вызова?

— В общих чертах.

— Хочу предложить вам службу во внешней разведке. Как вы смотрите на это?

— А почему не перевести меня в приказном порядке? — спросил капитан, внимательно глядя на меня.

— Дело в том, Касым-хан, — ответил я, — в этом ведомстве служат исключительно в добровольном порядке.

— То есть я могу отказаться? — удивился капитан.

— Нет, капитан, — усмехнулся я. — Если вы откажетесь, то в этом случае будете служить в добровольно-принудительном порядке.

Капитан рассмеялся — искренне, без тени обиды.

— Хорошо, я подумаю, ваше сиятельство. — Он помолчал. — А в каком направлении мне придётся работать в случае согласия?

— Средняя Азия — это основное, — ответил я. — Далее — Афганистан, Персия. Необходимо наладить эффективную разведывательную сеть и постараться найти агентов влияния в окружении Бухарского хана. Это первостепенная задача. Налаживание торговли — также важная сфера деятельности. К тому же вы будете иметь серьёзную долю в торговых операциях.

— Весьма заманчивое предложение, — задумчиво произнёс капитан. — В принципе я согласен, ваше сиятельство. Но думаю, возникнут сложности по моему месту службы. Я задействован в издании материалов, связанных с последним походом.

— Это моя забота, Касым-хан, — ответил я. — Главное, вы согласны перейти на службу к нам?

— Так точно, ваше сиятельство, согласен.

— Прекрасно, капитан. Подполковник Веденеев займётся вами по всем делам.

Я встал и пожал руку капитану. Он ответил крепким, уверенным рукопожатием.

— Надеюсь, это сотрудничество будет долгим и плодотворным. — Сказал я.

— Постараюсь, ваше сиятельство, — ответил он.

И вот свершилось. 1 июля 1853 года император Николай I отдал приказ о вводе войск в Валахию и Молдавию — княжества, находившиеся под российским протекторатом согласно Адрианопольскому мирному договору 1829 года. Был выпущен Высочайший манифест от 14 июня, в котором государь объявлял о «движении Российских войск в Придунайские Княжества». В этом документе защита православной церкви выставлялась главной причиной: «…вопреки всех усилий Наших защитить неприкосновенность прав… многие самопроизвольные действия Порты нарушали сии права и грозили наконец совершенным ниспровержением всего увековеченного порядка, столь Православию драгоценного». Занятие княжеств подавалось как вынужденный «залог», призванный побудить султана к соблюдению договоренностей.

Разумеется, Европа не впечатлилась этим образом «эпического богатыря-заступника», который наконец решил вступиться за угнетаемых веками братьев. Меня же эта показная риторика душила от досады и бессилия.

Тем временем в Вене по инициативе Англии спешно собрались представители Англии, Франции, Австрии и Пруссии. Они потребовали от Османской империи удовлетворить требования России, но при этом — что важнее — обязали Россию вывести войска из княжеств. Николай, опасаясь коалиционной войны, даже пошел на компромисс и подписал приемлемый вариант ноты.

Однако, к моему глубокому сожалению, я узнал об этом слишком поздно. Султан, поддавшись уговорам английского посла, внес в ноту два мелких, но роковых дополнения уже после того, как российский император скрепил её подписью. Этот коварный ход ставил Николая в заведомо унизительное положение и император не мог на него пойти. Компромисс рухнул.