Книга Крымский перелом, страница 107 – Эдуард Тен

Офицеры, отдав честь, начали расходиться, приглушённо переговариваясь о срочности заказов и сложности работы с гальваническими батареями. Корнилов опустился в кресло у карты, жестом придержал Нахимова, собиравшегося выйти.

— Павел Степанович, останьтесь. Есть разговор о главном — о том, что будет, если мины не сдержат англичан, а корветы не поспеют. Где мы будем держать последнюю линию обороны — на рейде или у стен города?

За окнами штаба тихо шелестел дождём Севастополь, и в этой напряжённой тишине слышалось только тиканье хронометра да далёкий грохот пробных артиллерийских стрельб с Северной батареи.

Крепость Ак-мечеть. Штаб русского отряда под командованием командира отдельного Оренбургского корпуса генерал-адъютанта Перовского.

Есаул Коренев, командир пластунского отряда Оренбургского казачьего войска, сидел на совещании командиров подразделений. После рекогносцировки генерал Перовский доводил до всех командиров задачи, поставленные перед ними.

Прошло три дня с начала осады. Всё, что удалось добиться штурмующим, — это захватить наружную стену крепости. Ядра не могли пробить глиняную стену семиметровой толщины. Боеприпасы для артиллерии подходили к концу. Защитники крепости отошли во внутреннюю крепость, не понеся больших потерь — всего восемнадцать погибших кокандцев, сложенных во внутреннем рву.

По данным разведки, в крепости находилось четыреста воинов. Отряд генерала Перовского насчитывал около полутора тысяч человек: линейный батальон пехоты, четыре отдельные роты пехоты, три сотни казаков, сапёрный взвод, четыре орудия и одна бомбарда, а также пластунская сотня с четырьмя гранатомётами, обоз.

Во время штурма от довольно меткого огня защитников погибло тридцать два нижних чина и прапорщик, одиннадцать было ранено.

Генерал Перовский пребывал в скверном настроении. Его поход в 1848 году закончился неудачей: из-за мелких неувязок и непродуманности осады пришлось снять её и вернуться ни с чем. Одна только причина — штурмовые лестницы оказались слишком короткими — говорила о том, насколько отряд был готов к осаде. Перовский был просто взбешён позором той неудачи, и вот опять — очередная неудача.

Ак-мечеть была тем барьером, который перекрывал все пути в Азию. Взятие этой крепости давало России возможность контролировать основные караванные пути и ликвидировать базу для нападений кокандцев на киргиз-кайсаков, кочующих на юге казахских степей. Киргиз-кайсаки, находившиеся под покровительством России, сильно страдали от них, и очередная неудача в захвате Ак-мечети наносила сильный удар по престижу Российской империи.

Коренев сидел, слушая генерала, и понимал: нужно что-то менять. Пластуны могли сделать то, что не под силу пехоте. Но для этого требовалось время и риск. Он решил, что после совещания поговорит с Перовским.

— Разрешите, ваше превосходительство?! — спросил оставшийся в штабной палатке Коренев.

— Что у вас, есаул? — устало спросил Перовский.

— Ваше превосходительство, наружная стена изрядно высокая, взобраться по ней дело сложное. А вот внутренняя стена по всей длине немного выше наружной, по северной стороне почти вровень, сажень пять будет, не более. Ну и ров полторы сажени.

— Так, есаул, и что? — заинтересовался генерал.