Книга Шайтан Иван 8. В тени двуглавого орла, страница 73 – Эдуард Тен

— Полагаю, вашему каравану под охраной жандармов и казаков следует двигаться дальше, на Владикавказ. А мы тем временем навестим Пластуновку и нагоним их, — предложил я.

— Хорошо, согласен, — кивнул Александр. — И благодарю за костюм.

— Рад, что он вам пришёлся по душе, Александр Николаевич, — вежливо улыбнулся я.

— Илья, кажется, даже спать лёг в той черкеске, что ты ему подарил. Признаться, в ней он смотрится куда мужественней, чем в своём адъютантском мундире.

— На Кавказе быть — по-кавказски и выглядеть, — переиначил я известную поговорку.

Цесаревич на мгновение задумался, и на его лицо наползла тень растерянности.
— Ещё хочу у тебя спросить, Пётр Алексеевич. На балу я вроде бы видел что-то важное… или кого-то. Не могу вспомнить. Ты ничего необычного не заметил?

Я непроизвольно напрягся. Уверен, это проделки Зои.
— Нет, ничего приметного, — равнодушно ответил я, внимательно следя за его реакцией. — Скорее всего, вам просто попалась на глаза какая-нибудь милая особа.

— Возможно, ты прав, — вздохнул Александр, и в его вздохе слышалось скорее кокетство, чем усталость. — Признаться, я изрядно утомился после всех этих празднеств.

Без сомнения, ему нравилось быть на виду и ощущать собственную значимость.

— Бремя цесаревича, наследника престола, — тоже ноша не из лёгких, — заметил я. Лёгкий подхалимаж в такой ситуации был вполне уместен.

— Да, ты прав, Пётр, ноша весьма нелегка, — вновь вздохнул он с видом утомлённого будущего императора. Что ж, мне не трудно, а человеку приятно.

В Пластуновку мы прибыли почти что инкогнито. Александр и Илья, облачённые в простые чёрные черкески, не привлекли к себе особого внимания. Андрей и Егор Лукич постарались на славу: гостей ждала помывка в обновлённой бане и, по меркам наших мест, поистине роскошный ужин.

Поселение жило своей обычной жизнью. Александр, переодетый в нашу полевую форму, с неподдельным интересом бродил по базе, наблюдал за всем и засыпал меня вопросами. Однако сохранить секретность нам не удалось. Уже на следующий день новость о прибытии самого цесаревича мгновенно облетела всю округу.

К обеду в Пластуновку торжественно прибыло командование Семёновского полка. И тогда, совершенно неожиданно для меня, Александр повелел построить сотни для торжественного смотра. Оказалось, он собирался вручить батальону знамя.

Две сотни и прочие подразделения батальона, находившиеся на базе, были выстроены в неполное каре, образуя широкую букву «П». Я принял рапорты от командиров, после чего сотник первой сотни вышел из строя и торжественным, зычным голосом зачитал приказ о четырёх пластунах, навечно зачисленных в списки батальона.

Воздух был наполнен торжественной строгостью. Даже воспитанники, стоявшие в своей походной форме, не нарушали общего впечатления, вытянувшись в струнку с серьёзными, сосредоточенными лицами.

Цесаревич, облачённый в красную атаманскую форму, произнёс краткую, но пламенную речь и вручил мне новое знамя. Полотнище тяжёлое, шёлковое, затрепетало на ветру. Под крики троекратного «ура!», прокатившиеся по строю, Александр Николаевич начал обход, внимательно вглядываясь в лица бравых пластунов.

Подойдя к шеренге воспитанников, которые под его пронзительным взглядом напряглись ещё сильнее, он неожиданно остановился напротив Лукашки.
— Кто таков? — строго спросил цесаревич.