Книга Последняя Гадина империи, страница 20 – Нинель Мягкова

— Нашли? — строго вопросил господин Ратин.

— Нет, не появлялась. Господина Берина нет на месте,— отчитался господин Зорин, не выпрямляясь из поклона.

Осознает, что не выполнил приказ как должно.

— Я сам его поищу, — махнул рукой щенок и поднялся. — Все равно разговор у нас будет сложный, через третьи лица передавать неудобно.

— Думаете, поджог попытаются повесить на нас?

— А на кого еще? — невесело хмыкнул молодой господин. — Сам говоришь, видели кого-то в нашей форме. Для местных следователей иных улик и не нужно, все понятно. Пока за нами не пришли, нужно найти побольше доказательств нашей невиновности. Или виновности кого-то еще. Пойдем.

Змеюшка стремительно порскнула прочь, чтобы не оказаться запертой в чужой комнате. Судя по обстановке, господин Ратин обосновался где-то в городе, чтобы быть ближе к центру событий. Логичное решение. Что ж, подождем, пока он явится: очень интересно, о чем они с наместником будут беседовать.

От души немного отлегло. Пока щенок производил впечатление нормального. Пытался меня разыскать, правда, но это тоже объяснимо: я бесценный свидетель и могуодним словом доказать его невиновность.

Или потопить окончательно.

Меня потормошили за плечо, безжалостно возвращая в реальность.

— Выпила, что ли? Эй, что с тобой? Помирать надумала, так хоть не на моем крыльце-то! — ворчливо бормотал себе под нос упитанный мужчина в переднике.

От него пахло тушеным мясом, сдобой и кинзой, и у меня моментально заурчало в животе.

— Простите, я не со зла. Не ела давно, вот и разморило. Позвольте, я отработаю? А вы мне миску каши или еще что? — жалобно заглядывая в глаза, протянула я.

В моем нынешнем виде заявляться в чайную и устраиваться за столиком означало привлечь к себе нездоровое внимание. Слишком занюханная, чтобы сидеть с солидными людьми в одном зале. А вот пол подмести или там столы протереть, эдакая девочка на побегушках — самое оно.

К счастью, хозяин чайной оказался достаточно жалостливым, чтобы накормить убогую.

— На метлу, двор прибери, — проворчал он, сунув мне в руки длинную палку с пучком прутьев на конце.

Хоть что-то за эти годы не изменилось ни капли!

Я радостно закивала, как при виде старого знакомого, и принялась старательно шуршать подсохшей травой и листьями. Методичная, однообразная работа усмиряла скачущие мысли, заставляя их выстраиваться в ровные логические ряды. Руки действовали привычно — сколько раз я вот так прибирала собственную мастерскую, разгребала дорожки между травами и гоняла нашкодивших внуков!

При мысли о потомках внутренности вновь сжало смесью горечи и негодования.

Кто посмел погубить целый род, а при этом еще подставить другой? Тоже чем-то неугодный, видимо. Неужели все же происки императора? Пошив чужой формы — или кража ее, подделка жетона — это все карается законом с особой строгостью, почти как фальсификация монет.

Я до сих пор не могла понять, каким образом нападающим удалось так быстро и без сопротивления вырезать столько народу. Допустим, у них были артефакты подчинения. Предположим, им удалось раздобыть кровь и образец магической энергии Гадиных. Но моя защита на усадьбе предполагала подобные нападения! Любого, кто замыслил недоброе, должно было буквально размазать по стенам.

Впрочем, учитывая ее плачевное состояние, вряд ли она была активна. К сожалению, после моей смерти беспокойство о безопасности кланового гнезда преступно сошло на нет. Сыновья меня еще при жизни называли излишне тревожной, полагаю, как только меня не стало, часть заклинаний была нейтрализована.