Книга Можно и так сказать, страница 79 – Анна Матвеева

Мама Франциска кладёт руку на лоб Мадины, и та засыпает.

наталья. Ой, не нравится мне всё это!

мама франциска. Думаешь, мне нравится? Самая противная часть работы. И каждый раз идёт не так, как надо. Здесь вообще бардак полный, меня как будто никто не слушает и не слышит. И не боится!

наталья. А кем ты работаешь? Ты святой дух?

мама франциска. Можно и так сказать. Хотя у вас таких, как я, называют ангелами.

наталья. Но ангелы же…

мама франциска. Хочешь сказать, красивые? (Смеётся.) Это вы придумали, что мы обязательно должны быть красивыми. С крылышками, с кудряшками и без половых органов. На самом деле мы все разные, как и вы, люди.

наталья. Ты это… извини, что я тебя назвала страшной куклой.

мама франциска. Причём несколько раз. Да ладно, ты тоже не красотка. Но человек вроде бы неплохой. Отзывчивая. Заботливая. Как планируешь распорядиться остатком жизни?

наталья. Собираюсь открыть бизнес с Игорем Александровичем. Это директор нашей компании.

мама франциска. А муж знает?

наталья. Я ему ещё не рассказывала.

мама франциска. Мужу это не понравится. Он болеет, Наташа, ему нужно внимание.

наталья. Чем это он болеет? Всех нас переживёт!

мама франциска. Нет. Не переживёт. Если только тебя, но ненадолго. Скажи, а про Валентина муж тоже не знает?

наталья. Конечно, не знает! Ты ведь не скажешь ему? Не выскочишь ночью откуда-нибудь из холодильника? И вообще, я своей вины за Валентина не чувствую. Муж ко мне давно не прикасается, так что… Он ко мне лет двадцать не прикасался. Самое интимное, что мы вместе делаем, – постельное бельё перестилаем!

мама франциска. И всё равно вы муж и жена перед богом.

наталья. Попробовала бы сама так жить! Я на стенки лезла! Я не ангел без половых органов, я живая женщина! У меня потребности!

мама франциска. Скажи, а если бы ты смогла изменить что-то в прошлом, только одно, что бы это было?

наталья. Я не стала бы рожать детей. От них одни проблемы. Ничего, что я так напрямую?

Мама Франциска кладёт руку на лоб Натальи, та засыпает. Фужеров открывает глаза.

мама франциска. Город засыпает, просыпается мафия… Да что ж с тобой не так, сладкодумный? Или это со мной – не так? Духота…

Трясёт рукой, как бы пытаясь избавиться от мурашек, и бесцеремонно шлёпает Фужерова по щеке. Он засыпает.

…И Нуров Аркадий Иванович тоже засыпает, правда, не сразу.

Наутро, едва проснувшись, Нуров почувствовал вдруг сильный запах Софьиных духов – тех самых, незабвенных. Софья обожала духи, тратила на них какие-то сумасшедшие суммы, у неё была целая коллекция «винтажных» ароматов, ничем, на скромный нос Нурова, один от другого не отличавшихся. Но пользовалась при этом лишь несколькими – сладкими в зиму, свежими – летом. И только в прошлогоднем клятом ноябре у неё вдруг появился этот странный, ни на что не похожий аромат: только ты решал, что он сладкий, как он вдруг взрывался лихим морским ветром, только ты соглашался со свежестью, как в нём открывалась вдруг жаркая нота нагревшейся на солнце кожи.

Откуда бы этому запаху взяться на Выселках?

Может, обонятельная галлюцинация? Или невидимая кошка выкатила из-под шкафа упавший флакон? Галина с Эрой распылили аромат в замочную скважину? Или… за дверью стоит Софья?