Книга Его сбежавшая Принцесса, страница 46 – Дарья Адаревич

— Каким был этот призрак? — крикнул Эд, уже когда нас уводили по коридору, — опишите!

— Описать?

— Быстрее! Времени мало, опишите!

— Вы верите мне? — ахнула пленница.

— Опишите, ну же!

— Было темно, я не рассмотрела!

— Цвет волос? Рост? Телосложение? Что угодно! — продолжал кричать Эд.

— Темные волосы, среднего роста. В белом платье и в крови, как я и сказала. Так вы верите мне?!

Тут нас повели по лестнице.

— Совсем умом тронулась ваша сестричка, — хохотнул стражник, — в призраков уже верит.

— А Вы не верите? — хитро спросил Эд.

— В приведения? Разумеется, нет. Это ребячество.

— Не верите значит? — оскалился Эд, — и спокойно смотритесь в зеркала в полночь?

Я слышала про суеверия. Слышала, что в деревнях верят, что если посмотришь на свое отражение в полночь, то потеряешь свою душу. Бредни, да и только. Но стражник испугался.

— Зачем это мне? — спросил он.

— А если бы предложили на спор посмотреться в зеркало в полночь, — продолжал Эд, — Вы бы посмотрелись?

Стражник задумался, а потом тряхнул головой.

— Отчего же? — улыбнулся Эд, — боитесь, что придет призрак?

— Это бабушкины сказки.

— Но все же вы не станете рисковать?

Они вцепились глазами. Хитрый и спокойный взгляд Эда, против злого и напряженного взгляда стражника. Победитель очевиден.

— Ты же не поверил в призраков на самом деле? — спросила я, как только мы оказались на улице, вдвоем.

— В призраков — нет, в хорошую актерскую игру — пожалуй, — ответил Эд.

Я снова против воли остановила взгляд на его гладковыбритом подбородке. На его щеках. На его крохотной родинке. Как необычно. Человек вроде и тот же, но уже и нет.

— Думаешь, кто — то притворился призраком и совершил убийство?

— Однозначно. И если кому — то удалось притвориться погибшей матерью старосты, значит этот кто — то должен быть вхож к старосте в дом.

— Значит, наш убийца либо кто — то из прислуги, либо они со старостой заодно.

— Прислуги? — Эд усмехнулся, — у старосты нет прислуги. Это тебе не город все — таки. Староста и жена жили вдвоем.

Я снова прокололась. Заговорила про прислугу. Тогда я удивлялась, как же Эд все еще не заподозрил во мне особу королевских кровей?

— Как думаешь, староста и убийца действовали вместе?

— Возможно…

— Идем к старосте?

Эд улыбнулся шире.

— Чем бы ты занималась, если бы тебе удалось прикончить нелюбимую супругу? — спросил он.

— Даже представлять не хочу.

— Да ладно, ты же актриса, у тебя это должно хорошо получаться.

— Да с чего ты взял, что я актриса? — возмутилась я.

— Я видел твою игру.

Я вздохнула и посмотрела на Эда снисходительно.

— Ты предлагаешь залезть в шкуру плохого человека и притвориться им, — медленно сказала я, — сделай — ка это ты, у тебя и так большая практика.

— Все еще сердишься за цепей? Я же объяснил.

— А я приняла объяснения к сведению, но не приняла сердцем.

— И что же нужно сделать, чтобы ты смогла принять их сердцем? — Эд подошел ближе. Вплотную. Слишком близко.

И в тот самый миг я поняла, что же на самом деле меня так злит. Чего на самом деле не могу простить Эду. Наш поцелуй у костра. Предательский поцелуй. Самый романтичный и прекрасный в моей жизни, после которого я проснулась в кандалах. И я до сих пор не знала, был тот поцелуй искренним или… или это оказалось лишь частью игры? Но спрашивать о таком, означало бы проявить слабость, показать, что меня это волнует. Так что я просто вдохнула. Однажды наберусь храбрости и спрошу. Однажды. Позже. Когда разберемся с преступником.