Онлайн книга «Линия иной судьбы 3»
|
Пришлось на ходу придумывать железобетонные, истинно советские поводы, чтобы удержать ребят в Краснодаре. — Спокойно, комсомольцы, — я поднялся со своего места. — Порыв Любы понятен, и мы его горячо одобряем. Но давайте включим холодный разум. Стране на Целине нужны трактористы, комбайнеры и строители. А мы кто? Второкурсники химико-технологического, будущие специалисты по аналитической химии. Прямо сейчас на кубанских заводах, обеспечивающих Целину удобрениями и горюче-смазочными материалами, жесточайший дефицит лаборантов. Если мы бросим учебу и уедем махать лопатами, кто будет делать экспресс-анализы нефтепродуктов для тех самых целинных тракторов? Сорвать аналитический контроль на производстве — это прямой саботаж государственной важности. Наш фронт сейчас — здесь, за лабораторными столами! Васька после моих слов заметно приуныл. Мой аргумент про «саботаж» и «нефтепродукты» подействовал на группу отрезвляюще. Любочка досадливо прикусила губу — крыть государственную необходимость химического контроля было нечем. Курс я отстоял. Между тем весна 1954 года на Кубани закрутилась по-настоящему бурно. После затяжных, тяжёлых мартовских дождей, которые окончательно превратили неасфальтированные участки улиц в непролазную грязь, в апреле в городе резко бабахнуло лето. Климатические качели этого сумасшедшего года снова удивили всех. Буквально за пару дней в апреле воздух в Краснодаре прогрелся до невероятных плюс двадцати пяти градусов. Зацвели абрикосы. Мы прямо из тяжёлых зимних пальто резко перепрыгнули в лёгкие ситцевые рубашки и платья. Город отмывался от зимней копоти, звенел гитарами на улицах и вовсю дышал молодой, бесшабашной энергией. Суровая зима пятьдесят четвёртого осталась позади. * * * *Формальный повод для передачи Крыма — это 300-летие Переяславской рады (1654–1954). Глава 9 Снова сессия, снова лето, на которое у меня огромные планы. Избежать производственной практики не получится. К тому же в этом году мне придётся работать уже полный рабочий день — все восемь часов. И тем не менее глобальную перестройку дома я начал, предварительно оговорив с дядей Гришей условия. Он найдет для меня и работников, и стройматериалы. Сам я могу осуществлять лишь «общее руководство» стройкой, и для этого вполне хватит того, что вечером, после практики, я буду проверять выполненный фронт работ. Распределение на летнюю практику проходило в лаборантской, где Антонина Васильевна лично зачитывала фамилии из списка. Я стоял у окна и благодушно ждал, когда назовут мою. Насчёт себя я был абсолютно спокоен. Прошлым летом я отлично зарекомендовал себя на ЗИПе — сначала в гальванике, потом в Центральной заводской лаборатории. Директор нашего техникума искренне уважал меня за рацпредложения и успеваемость, так что я на сто процентов рассчитывал, что руководство снова направит меня в уже знакомое место. — Так, Жериков, — Антонина Васильевна оторвала взгляд от ведомости. — На ЗИП этим летом ты не идёшь. Дирекция завода прислала отказ: у них химлаборатория полностью укомплектована штатными сотрудниками под оборонный заказ, практикантов в этот раз брать некуда. Я аж опешил, растеряв всю свою уверенность. Как это — не берут на ЗИП? — Но не переживай, — успокоила преподавательница, заметив моё вытянувшееся лицо. — Максим Сергеевич лично похлопотал перед своими знакомыми в министерстве и на местах. Директор техникума считает, что такие кадры не должны простаивать. Жерикова и Татаринова направляем на «Краснолит». В Центральную заводскую лабораторию, к металлургам, на четыре недели. |