Книга Линия иной судьбы 5, страница 99 – Дмитрий Соловей

— Машинка ваша… Немного скачет и пеной пузырится, — пояснил парнишка.

Почему она стала скакать, я так и не разобрался. То ли ей наш немного наклонный к сливу пол не понравился, то ли белья для противовеса оказалось мало. Зато пены этот агрегат взбил столько, что один носок я в ней так и не нащупал. Растворился он там, что ли? Выудил вещи в таз, решив, что с них хватит. Развернул сливной носик к отверстию в полу и спустил воду. Шланга у машинки не было, а строители, сэкономив на душевых, оставили в этом месте слив и плиточный пол с небольшим уклоном, так что вода ушла сама. Я задумался, что делать дальше.

В будущем стиральная машина у меня была с функцией сушки. Я возвращался к ней, когда она уже всё сама постирала, прополоскала, отжала и высушила. У этого же чуда техники, произведённого в братской советской республике, отработала только первая из функций, которых я хотел. Теперь нужно снова залить чистую воду, опять закинуть бельё и полоскать. Но какой в этом смысл, если я в раковине под краном сделаю то же самое в три раза быстрее, не тратя время на заливы и сливы воды?

Какое-то сплошное разочарование, а не бытовой предмет, призванный облегчить жизнь советского человека.

Устроив очередные воскресные постирушки, я мрачно взирал на горы пены вокруг взбесившегося агрегата. Кажется, я снова переборщил со стиральным порошком. Может, упаковать машинку в багажник да бабушке в подарок отправить? Хотя… У бабушки на кухне даже места для слива воды из машинки не предусмотрено.

Нет, бодал я такие развлечения. Никита Сергеевич с трибун что-то там вещал про облегчение советского быта, велел повсеместно открывать предприятия бытового обслуживания. Наверняка ведь где-то поблизости есть нормальная прачечная. Мне бы такую, где не самообслуживание, а полный список услуг: сдал мешок, заплатил, а через пару дней забрал чистое и отглаженное. Нужно будет походить по району, поискать. Ну или нашего коменданта поспрашивать.

График пуска баллистической ракеты Р-5А на полигоне Капустин Яр был утверждён Королёвым на самом верху, и переносить его из-за «собачьих штанов» никто не стал бы. Полковник вызвал меня с утра в понедельник и поставил жёсткий, ультимативный срок:

— Все опытные образцы для объектов «Альфа» и «Бета» должны стоять в графике испытаний до первого августа! Если первого числа мы не начнём крутить собак в барокамере в твоих подгузниках, Жериков, я лично отправлю тебя на Целину. Трактористом. Выполнять!

М-да… Не зря я никогда не хотел становиться военным. Поступил приказ — и выполняй, как хочешь.

На всё про всё у нас с Тоней оставалось около десяти дней. В НИИ авиационной медицины объявили режим чрезвычайного аврала. Из Грозненского нефтехимического комбината спецрейсами военно-транспортной авиации в Москву экстренно доставили первые мешки с сухим гидрогелем. Директор завода Пал Палыч, судя по всему, уже обзавёлся первыми седыми волосами после звонка из Министерства обороны и теперь отгружал сырьё без возражений.

Поскольку автоматизированной линии в НИИ ещё не было, мы с Тоней превратили нашу подсобку в кустарную мануфактуру. Лепить космические подгузники стали буквально на коленках, используя всё, что было под руками.

— Валентин, клей капает, полиэтилен прожигается! — Тоня едва не плакала, разглядывая очередной испорченный кусок тонкой плёнки.