Книга Линия иной судьбы 5, страница 111 – Дмитрий Соловей

— Не испугаются, Тонечка. Наше дело сделано, теперь всё от железа зависит, — ответил я, не опуская бинокль.

Полковник Яздовский стоял чуть левее, прильнув к окулярам окопного перископа. Внешне он выглядел спокойным, не скажешь, что волнуется. В головной части ракеты, запертые в герметичной кабине, сидели Белая и Пёстрая в наших подгузниках.

Из громкоговорителя на стене блиндажа раздался голос оператора:

— Ключ на старт!

Ну прямо как я в кино видел! Прошло несколько секунд, и команды продолжились.

— Продувка! Ключ на дренаж! Земля — борт! Пуск!!!

Земля под ногами задрожала, всё вокруг завибрировало. У самого основания ракеты вырвалось ослепительно-белое пламя, мгновенно превратившееся в бушующий клуб багрового дыма. А затем до блиндажа докатился звук. Это был не просто грохот двигателя — всем нутром ощущалось нечто мощное и серьёзное.

Многотонная Р-5А пошла вверх. Огненный хвост под ней растянулся на десятки метров, выжигая степную траву.

— Идёт! Родная, идёт! — выкрикнул кто-то из инженеров.

Ракета стремительно набирала скорость. Грохот постепенно переходил в удаляющийся рокот. Через минуту ракета превратилась в крошечную яркую звёздочку, оставляющую за собой тонкий след, а затем и вовсе исчезла, уйдя на свои запредельные четыреста пятьдесят километров высоты. В чистый космос.

Я опустил бинокль. Глаза резало от яркого солнца и степной пыли.

— Телеметрия в норме! — донёсся из динамика бодрый голос. — Отделение головной части через сто двадцать секунд. Пульс объектов стабильный, дыхание учащённое, в пределах нормы!

Яздовский наконец оторвался от перископа. Повернулся ко мне, и в его глазах я увидел то, чего никогда не ожидал встретить у этого железного полковника, — безумную мальчишескую радость.

— Ну что, Жериков… Улетели наши девки, — с волнением в голосе произнёс он. — Теперь ждём возвращения. Если капсула приземлится штатно и твой гидрогель не подкачает при спуске — мы с тобой сегодня откроем новую эру. Идём в бункер обработки данных. Главное испытание невесомостью началось.

— Они вот прямо в космосе, в самом настоящем? — не скрывала своего волнения и восторга Тоня.

— Прямо там, — подтвердил полковник.

Кажется, я тут был единственным, кто сохранял спокойствие. Конечно, всё это было волнительно и интересно наблюдать лично, но я видел такие запуски по видео сотни раз. Человека двадцать первого века запуском ракеты не удивить. И волновали меня только собачьи подгузники. Я-то точно знаю, что в другой реальности ничего подобного у Королёва не было.

На часах было около полудня. Ракета Р-5А выполнила свою программу, поднявшись на расчётную высоту и разделившись на отсеки. Головная часть с биоконтейнером совершила баллистический спуск и теперь где-то там, в степи на границе Астраханской области и Казахстана, опустилась на парашюте.

Но «опустилась» — это на бумаге. Сейчас её ещё нужно было найти.

Мы с Тоней сидели на деревянной скамье в углу бункера и ждали. Яздовский мерил шагами узкий проход между столами телеметристов. Его взгляд то и дело возвращался к динамику спецсвязи.

— «Днепр», я «Заря»! Как слышно? Дайте координаты засечки! — раздавался из угла голос дежурного офицера Первого отдела.

В динамиках трещало, пробивались далёкие голоса пилотов поисковых вертолётов Ми-4, которые прочёсывали степные квадраты.