Книга Рыжее счастье для майора, страница 87 – Анна Ковалева

— На данный момент для меня это не аргумент.

— Потому что в тебе сейчас говорит ревность. А она плохой советчик. Давай ты попробуешь заткнуть ее и подумать хорошенько. Чтобы потом не жалеть, что просрал женщину своей жизни.

— Дан…

— И ответь сам себе, дружище, — друг даже слова не дал сказать, — ты влюбился бы в девушку, равнодушную к чужой беде, м? Чёрствую, холодную, бездушную. Способную пройти мимо человека, упавшего на улице с сердечным приступом, например? Смог бы быть с такой? Хорошенько подумай. И если ответ будет «нет», то не еби мозги, ни себе, ни Кате. Как выпишешься, забирай ее к себе в берлогу, женись и будь счастлив. Сам знаешь, как коротка жизнь. Глупо тратить ее впустую…

ГЛАВА 40

Катя

Декабрь

Всё было плохо. Совсем плохо.

Нет, Антон, к счастью, шел на поправку, но видеть меня по-прежнему не желал. И я не знала, что с этим делать.

Как пробить его броню? Как заставить смягчиться?

Ведь моя любовь никуда не делась. Я любила, тосковала и отчаянно мучилась.

Мальцев меня отвергал, но я продолжала каждый день после работы приезжать в госпиталь, надеясь, что ситуация изменится.

Надеялась, что Антон остынет, смягчится, поймет, как сильно ошибся.

Но ничего не менялось. В палату по желанию пациента для меня вход был закрыт. И персонал уже вовсю шушукался за моей спиной.

Единственный, от кого я получала поддержку — это Данил. Я писала ему, спрашивая о здоровье Мальцева, и каждый вечер встречала у дверей отделения.

— Снова глухо?

— Да, Катя, — он каждый раз морщился. — Я предупреждал, что будет сложно. И не знаю, когда именно друг включит мозги. Но одно могу сказать точно — ему на тебя не плевать. Именно поэтому и ведет себя как засранец. Так что не сдавайся. Тоха должен понять, что ты не собираешься бежать к Роме, и как только поймет это, сразу успокоится.

Обычно мы с Данилом выпивали по чашке кофе, и он отвозил меня домой. Или просил кого-то из знакомых, когда сам не мог.

А наследующий день всё повторялось. Такой вот день сурка.

На выписку моего майора я тоже пришла. Но поскольку он был в окружении семьи, то подходить не рискнула.

Не хотела, чтобы он меня отталкивал в присутствии родителей. Поэтому понаблюдала издали и уехала.

Ну и сообщения написала. Антон не ответил ни на одно из них, но все они отмечались как прочитанные.

Поэтому я и продолжала писать, надеясь, что рано или поздно мои смс-ки помогут ему смягчиться.

О том, что Мальцев уезжает в санаторий на реабилитацию, я узнала от Данила. Он держал меня в курсе дел и даже пересылал фотки, которые присылал ему друг.

И мне это было как бальзам на душу. Я рассматривала их долгими часами, особенно перед сном.

Радовалась, что у него все хорошо, и надеялась, что скоро его душа оттает. Ну а ночами…

Ночами мы были вместе… Целовались, занимались любовью, сгорали в обоюдной страсти.

И это было так реально, что после пробуждения каждый раз я испытывала жуткий приступ разочарования. Когда понимала, что все это было лишь сном.

Но я всё еще надеялась, что скоро сны станут явью. И я вживую буду получать наслаждение от близости с любимым мужчиной.

Только вот дни шли, и надежды становилось все меньше. Я знала, что у Антона все хорошо, что ему помогли реабилитация и работа с психологом, но…

Он так и не спешил делать шаг навстречу мне.