Книга Восхождение Морна. Том 12, страница 147 – Сергей Орлов

Дед молчал пару секунд, глядя куда-то сквозь меня, будто снова очутился в тех промёрзших уральских лесах.

— За Уралом, Артём, всё работает иначе, — тихо произнёс он. — Там нет имперского порядка, нет чётких границ, а туман войны такой, что ты в пяти шагах не отличишь союзника от еретика. Объяснить словами то, что там происходило во время той резни, почти невозможно… Это надо было просто пережить. Державины гибли десятками, отряды перемешивались, а фанатики были везде и нигде одновременно. Они называли себя Бездной.

— Погоди, — нахмурился я. — Бездной? Я считал, что Бездна — это просто крупная преступная организация. Синдикат, бандиты, контрабандисты, но уж точно не религиозный культ.

— За последние десятилетия многое изменилось, Артём, — хмуро ответил Всеволод. — Из мелкого фанатичного подполья они превратились в нечто куда более опасное. Они пустили корни повсюду, обросли связями, деньгами и влиянием. Сейчас они стали намного более… разносторонними. Но в своей глубине это всё те же фанатики. И в той уральской кутерьме меня быстро нашли те из них, кто действительно знал, что делать с моей силой. Они показали, как удерживать пепел в узде… А попутно научили молиться.

— Богу Пепла, — догадался я.

— Тому, кого эти фанатики называют Богом Пепла, — дед протянул руку, взял со стола чашку и сделал небольшой глоток уже полностью остывшего чая. — Абсолютно равнодушной, вечно голодной стихии, из которой они качают силу. Чтобы расти в рангах и пробивать свои потолки, магу нужен колоссальный ресурс, а эта сила требует постоянно кормить источник. Отличная, крайне удобная ширма для оправдания любых зверств. Можно с чистой совестью пустить в расход кого угодно, успокаивая себя тем, что это просто необходимая плата за новое могущество.

— И ты кормил его вместе с ними, — констатировал я.

— Иногда… — коротко ответил старик.

Уточнять, что именно и в каких объёмах он тащил на этот алтарь ради собственного роста, я не стал. Картинка и без мелких подробностей вырисовывалась предельно ясная. Любая секта, построенная на идее лёгкого доступа к ресурсу через жертвоприношения, рано или поздно превращается в мясокомбинат, выжигающий всё вокруг без зазрения совести.

Подобную хрень я неоднократно наблюдал и в своей прошлой жизни. Разница заключалась лишь в декорациях: там вместо древнего тёмного источника обычно восседал какой-нибудь ушлый «гуру» в импортном костюме и с дорогими часами на запястье, а адепты сливали ему всё имущество ради обещаний научить их «управлять финансовыми потоками» и подняться над серой массой. Механика обработки везде одна и та же, различаются только масштаб трагедии да внешние спецэффекты.

— А потом?

— А потом я увидел его сам, — тихо сказал дед.

Моя фарфоровая чашка стукнулась о дубовую столешницу чуть громче, чем я планировал. Мелкий звон коснулся ушей и тут же растаял в тишине.

— Краем глаза, — уточнил Всеволод, не заметив моего движения. — Это произошло в одном из старых подземелий, во время большого обряда. Мы привели ему… неважно кого. Тварь пришла посмотреть на то, что ей принесли. Она снизошла, взглянула на нас и ушла обратно. Взять наши дары не взяла. Просто посмотрела на людей так, как смотрят на уличную собаку, которая притащила хозяину полусгнившую крысу и искренне ждёт похвалы за усердную службу.