Книга Рожден, чтобы любить тебя, страница 117 – Элоиза Джеймс

— Я никогда не мечтала стать герцогиней или принцессой. — Ей казалось, она говорит убедительно. — Я хочу быть с вами, Парт.

Его руки обвили ее, губы коснулись ее губ.

— Я ваш, Лавиния.

— О-о-о. — Ее невольный тихий вздох удивил ее саму. Ее? Никто прежде не ставил ее на первое место. Любящая, но раздражительная мать. Уилла — любящее сердце, но замужем. Подруги были… просто подруги. — Мой?

Его губы прошлись по ее щеке и снова коснулись ее губ.

— Только ваш.

Она обернулась к нему лишь настолько, чтобы его язык проскользнул ей в рот. Его слова потрясли все ее существо. Она обвила руками его шею и забылась в поцелуе — страстном и глубоком.

Ее сердце пело, а по щекам текли слезы. Она нужна Парту Стерлингу. Может быть, он ее даже любит.

И дорожит ею, как величайшей драгоценностью — это точно.

На следующее утро на рассвете Парт уехал, а Лавиния заточила себя в стенах швейной. У нее осталось шесть недель, чтобы закончить каждый предмет одежды. Время от времени и у нее, и у девушек-швей случались вынужденные остановки, но, к ее огромной радости и гордости, работа была закончена в срок.

Когда смелое платье леди Ноув, в котором она должна была появиться на свадьбе, было дошито, леди примерила его. Необычно, экстравагантно! Лавиния не могла удержаться от улыбки, глядя на выражение лица леди Ноув, когда та встала перед зеркалом.

Леди Ноув вертелась и так и этак, рассматривая огромный воротник и бросающиеся в глаза пуговицы, идущие вдоль спины.

— Даже представить не могла, — сказала она, необычайно тихим голосом. — Лавиния, у меня даже появилась талия и бедра! Я выгляжу…

— Вы ослепительны, — воскликнула Офелия, обнимая леди Ноув.

В тот вечер, одеваясь к обеду, Лавиния обнаружила на подушке постели изумрудную тиару. Она в замешательстве прихватила ее с собой в столовую, где помахала ею перед собравшимися за столом Уайльдами. Но никто не признался.

Леди Ноув со смехом сказала, что у Дианы, кажется, была такая же тиара несколько лет назад. Диана проворно выхватила ее из рук Лавинии, водрузила себе на голову и объявила, что это действительно та самая, потерянная, и что скоро в каком-нибудь углу отыщется заодно и пропавшее ожерелье.

Его светлость серьезным голосом заметил, что в дальних закоулках и щелях замка регулярно отыскиваются пропавшие драгоценности.

— Один из моих предков очень любил изумруды, — добавил он.

— Ваша светлость, — начала Лавиния. Герцог, с присущей ему щедростью, удвоил комиссионные, которые она получила от торговцев. Он преподнес ей изумрудную тиару, которую она собиралась купить на эти деньги.

Герцог поднял руку, и Лавиния замолчала.

Поверить в это было трудно, однако… Может быть, ее умения и талант действительно стоили так дорого? Не дешевле, чем изумрудный гарнитур. Каждый из Уайльдов явится на свадьбу Дианы в таком изысканном наряде, какой сыщешь разве что при королевском дворе. Она приготовила Диане такое приданое, которое могло бы соперничать со всем, что она видела при французском дворе за два года.

И это не говоря уж о самом подвенечном платье.

В последние дни октября Лавиния почти не выходила из швейной, уйдя с головой в вопросы пуговичных петель, воланов и особо деликатных кружев. Она не выходила к обеду и ела прямо в швейной вместе со швеями, пока они болтали за работой. Необходимо было не только закончить туалет каждого члена семьи, в котором им предстояло появиться на свадьбе, но и кучу всяких предметов одежды для последующего бала-маскарада.