Книга Князь Медведев. Гнев рода, страница 26 – Вячеслав Уточкин

Пришлось кивнуть.

Император вернулся к текущей проблеме:

— Хорошо. Что тебе ещё потребуется?

Я задумчиво начал перечислять:

— «Золотой кречет» с обслуживающей его командой. Зелёная линия до Улан-Удэ. Пара броневиков. В замке Арзамасских остались мои девушки — отправьте туда несколько отрядов на защиту.

— Может, лучше им быть в Кремле? — спросил Император.

Я прислушался к внутренней чуйке. И отрицательно мотнул головой.

И тут проснулся мой внутренний хомяк и заорал: «Червонцы! Проси! Червонцы!»

— И ещё хорошо бы получить червонцы.

Бровь Императора вопросительно поползла вверх, а на губах заиграла ехидная улыбка.

— Мне для дела! — возмутился я. — Надо взнос в сто червонцев в ИГОГО занести.

Похоже, что такое ИГОГО, Император тоже знал. Их чёрных риелторов я, кстати, не забыл. Взнос взносом, а с этой публикой разберусь отдельно.

— Тут вот какая проблема, — мрачно начал Беловод.

Я махнул рукой.

— Вопрос снимаю.

— Снимает он, — проворчал Император. — Проблема от этого никуда не исчезает. Я в собственную сокровищницу попасть не могу.

Вот тут я удивился.

— В чём проблема?

— Вяземский в коме.

Я вспомнил: это род Плутарха контролировал финансы Империи. Меж тем Император продолжил:

— А перед этим он сменил все коды доступа. Между прочим, твой друг Плутарх привёз его в Москву, — он вздохнул. — Ладно, будем взрывать. Будут тебе червонцы.

Мне стало немного не по себе. Ведь хотел помочь, а тут, как назло, столько навалилось.

— Он живой?

Задумавшийся Император непонимающе посмотрел на меня.

— Кто?..

— Отец Плутарха. — У меня напрочь вылетело его имя.

— Да. Его лучшие целители поддерживают.

— Ну тогда поехали, — предложил я.

Император пристально посмотрел на меня.

— Сможешь?

Я усмехнулся.

— Не впервой.

Через пять минут наш небольшой кортеж трясся по лесной дороге. Впереди ехала машина с гвардейцами Императора. Замыкала колонну машина с гвардейцами Алёны. Мы с Императором ехали в центре, в бронированном лимузине. Был ещё водитель. Но его отделяло от нас бронестекло.

— Так что это за дом? — спросил Император, как только мы тронулись. — И как ты там оказался?

Я коротко рассказал.

На скулах Императора заходили желваки.

— Львовы, значит, — процедил он. — Всех найду. Весь их поганый род под корень.

— С плеча тоже рубить не стоит.

Император резко повернул голову ко мне. Несколько мгновений смотрел с прищуром. Потом тяжело выдохнул.

— Согласен. Дети за родителей не отвечают, — он отвернулся к окну и добавил: — А вот родители, воспитавшие таких уродов, ответят наравне со своими детьми.

Я не стал спорить — был согласен. Исключения бывают. Но именно поэтому их и называют исключениями. Слишком их мало.

Дальше ехали молча. За окном уже тянулись городские кварталы.

Особняк Вяземских располагался в старой Москве, неподалёку от Садового кольца. Трёхэтажное кирпичное здание пряталось за вековыми липами. Никакой показной роскоши, но сразу становилось понятно, что здесь живут люди, которым не требуется доказывать окружающим своё высокое положение.

Стоило машинам остановиться, как на крыльце у центрального входа словно материализовался дворецкий. Узнав вышедшего первым Императора, он молча распахнул дверь.

— Ваня, проводи нас сразу к Анатолию. — По тону Императора было понятно, что он здесь частый гость. — И Плутарху скажи, чтобы туда подошёл.