Онлайн книга «Спасибо деду за Победу!»
|
Приступим, помолясь… С натугой вытаскиваю орудие из окопчика — мне ведь и корректировать как-то надо, а отсюда не напрыгаешься. Бля, чуть спину не сорвал! Тяжелая ведь штука! Всего-то килограммов шестьдесят, но для пацана, хоть и тренированного, — многовато. Это я по мужицкой привычке схватился, о чем сразу же пожалел. Ладно, дальше можно волоком… Ставлю свой «прибор» вплотную к домику. Так, теперь боеприпасы — подтаскиваю поближе два ящика, по счастью оставленных немцами наверху. Расстояние до цели небольшое, ствол можно сразу ставить почти вертикально… Разворачиваем… Грубое наведение есть! Теперь точное… Есть! Мину… тоже непривычно тяжелая — руки взрослого мужика помнят совсем иное. Сколько я этих штуковин в свое время перекидал… Мину в ствол… Пошла, родимая! Выглядываю из-за угла. Перелет! Разрыв встает метров на сто дальше спрятанной в кустах батареи ПТО с пехотным прикрытием. Ничего, подкорректируем… Давненько я не брал в руки шашек… Пошла вторая! Ну-ка, глянем… Эх, мастерство не пропьешь! Лет двадцать не стрелял, а со второй попытки попал! Ну, почти попал… Метров на пять промахнулся. Что, в принципе, можно считать накрытием и переходить к поражению противника беглым огнем. В быстром темпе, с минимальным изменением прицела выпускаю пять мин. Под конец серии руки трясутся от напряжения, но результат компенсирует усталость. Надо же, как кучно легли! В одну пушку попал даже… кажется. Немчура, наконец, спохватилась — по домику принялись стрелять все наличные стволы. А они там неслабо подготовились! Два пулемета и винтовок не меньше полутора десятков. Мне теперь из-за угла не выглянуть. Ничего, у построек ведь не один угол? Осторожно выглядываю с противоположной стороны. Пожалуй, надо на поллаптя правее… Корректирую прицел и кладу еще пяток мин. Это мне послышалось? Вроде бы взрывов оказалось на парочку больше количества выпущенных боеприпасов. Снаряды противотанковых пушек детонировали? Сомнительно… Еще кто-то по немцам стреляет? Ладно, продолжим — прицел можно не менять. Ну-ка, еще десяток! Вот ведь черт! На восьмом выстреле мины закончились. Что-то мало фрицы запасли. Или у них основной запас где-то рядом лежит, а на огневые они всего по десятку вынесли? Надо осмотреться, пока меня тут не прижали по-настоящему. А что это опять за взрывы? На детонацию совсем непохоже! Неужели наши врубились в обстановку и атаковали? Домик, конечно, замечательное прикрытие, но он же почти весь обзор и заслоняет. Тихо и аккуратно заползаю в узкий окопчик под стеной. Теперь можно (и нужно!) поберечься — полдела сделано! Надо ведь и для Красной Армии кого-нибудь оставить. Буквально по миллиметру высовываю голову из укрытия. Так и есть — наши пошли в атаку! По полю, переваливаясь на кочках, ползут задом наперед четыре броневика — родные братья увиденного десять минут назад. А за ними редкой цепью бегут пехотинцы. Похоже, что второй дзот обнаружили — на его месте воронка. Теперь броневики бьют из пушек по замаскированной позиции ПТО. Здорово бьют — разрывы встают над окопом через каждые три-четыре секунды. Оттуда уже никто и не стреляет — а что вы хотите: два десятка мин, да на десерт четыре скорострельных ствола. Похоже, что этот бой выигран и я снова… жив. Внезапно один из броневиков разворачивает башню в мою сторону. Успеваю увидеть, как с дула срывается вспышка огня. Взрыва не слышу — «свой» не услышишь… Только что-то тяжелое беззвучно падает мне на затылок. В ноздри лезет мелкий грунт, и, прежде чем отключиться, в голове мелькает дурная мысль — бегал под пулями, а сдох, задохнувшись землей. А после, уже улетая в черную воронку забытья, я неожиданно успокаиваюсь: чего волноваться — ведь сделал что мог. |