Онлайн книга «Прорыв выживших»
|
Это был счастливый случай. Подарок судьбы. Возможность не хитрить с врагом, а просто его уничтожить. — Да, я слышал про ваши проблемы, — сказал я, и мой голос стал тише и теплее. Я сделал шаг вперед, сократив дистанцию до минимума. Ефрейтор смотрел на меня с легким недоумением. — Скажите, а из какого города вы родом? Вопрос был настолько неожиданным и странным, что ефрейтор на секунду опешил. Этого мгновения мне было достаточно — рука с «Браунингом» выскочила из кармана бриджей быстрее, чем немец успел моргнуть. Мне даже не надо было целиться, я просто ткнул стволом пистолета в его грудь и нажал на спуск. Выстрел прозвучал приглушенно. Ефрейтор упал не сразу, а сначала посмотрел на меня широко раскрытыми, полными невероятного удивления глазами. Потом его колени подкосились, и он начал медленно оседать. Этой паузы мне хватило, чтобы приставить пистолет к голове водителя мотоцикла. Второй выстрел вышел звонким, он прозвучал как сигнал к действию. И тут же на поганых вражин обрушился свинцовый шторм. По ним одновременно в упор ударили три пулемета, два справа, один слева. Мотоциклисты погибли в течение десяти секунд — от кинжального огня на дистанции в тридцать метров спастись невозможно. Никто из них даже не успел потянуться к оружию. Воздух наполнился едким, горьким запахом пороха, бензина и крови. Я стоял неподвижно, и смотрел, как падают, корчатся, затихают враги. Видел, как пули выбивают из них жизнь. И чувствовал при этом какую–то безумную звериную радость. Настоящее торжество! Еще дюжина фашистов навеки останется гнить в нашей земле. Стрельба стихла так же внезапно, как и началась. — Так убей же хоть одного, так убей же его скорей! Сколько раз увидишь его, столько раз его и убей! — тихонько продекламировал я строчки из бессмертного стихотворения Константина Симонова. — Очень правильные слова! — раздался рядом голос Вадима. Ерке подошел к раненому немцу, который, зажав окровавленный живот, тихо стонал, уткнувшись лицом в пыль. Лейтенант на мгновение замер, глядя на него, а потом небрежным движением вскинул «Парабеллум» и добил его одним выстрелом в голову. Лицо Вадима было каменным. — Зачистить поляну! Осмотр и контроль! Быстро! — сухо и без эмоций прозвучала команда Валуева. — Хуршед, прикрой! Ребята вылезли из укрытий и молча принялись за работу. Прозвучали еще три одиночных контрольных выстрела. — Все чисто, Петя, — через пару минут доложил Алькорта. В руках он держал пачку окровавленных солдатских книжек. — Двенадцать трупов. Оружие и патроны собрали. Мотоциклы сильно повреждены, уцелел только один «БМВ» без коляски. — Тащите его в «Опель», — приказал Валуев. — Пригодится. Остальные — сжечь! И поехали отсюда. Когда, блин, этот день уже кончится? Вскоре мы снова мчались по степной дороге, оставив позади столб черного дыма. Белые панталоны на шесте трепетали на легком ветру. Глава 8 12 сентября 1941 года День третий, вечер Вороновка встретила нас привычным для временной военной стоянки беспорядком. Солнце клонилось к закату, отбрасывая длинные, уродливо вытянутые тени от редких уцелевших деревьев и покосившихся изб. Воздух, напоенный запахом дизельной гари, пыли и чего съедобного из полевых кухонь, показался после степи почти домашним. По улицам сновали красноармейцы, у замаскированных во дворах автомобилей гремели инструментами водители, из распахнутых окон доносились веселые голоса. |