Книга Приступить к ликвидации!, страница 84 – Алексей Махров

Я сделал несколько шагов в сторону от входа, и увидел поблизости солдат с винтовками на плечах — сразу два парных патруля.

— А эти тут чего делают? — спросил я у Хофмайера, кивнув в сторону патрульных,.

Фельдфебель проследил за моим взглядом, сплюнул на снег, скривился.

— Эти уроды, — сказал он с нотками застарелой ненависти, — каждую ночь здесь дежурят. Ловят торопыг.

— Каких торопыг?

— А тех, кто пораньше уйти решил, — Хофмайер широко зевнул. — Комендантский час–то до шести. А эти… — он махнул рукой в сторону патрульных, — специально ночью сюда приходят. Ждут, пока кому–нибудь надоест развлекаться и он выскочит наружу. Тогда они его, хоп! — в комендатуру. Ходят слухи, что им сверху спускают план по отлову. Говорю же — уроды!

Я кивнул, внутренне усмехнувшись — вот тебе и солдатское братство.

— Ладно, Генрих, — я хлопнул фельдфебеля по плечу, — мне пора. Увидимся вечером.

— До встречи, — он кивнул, и вдруг его лицо расплылось в довольной улыбке. — Славно посидели ведь, правда? Не зря я тебя сюда притащил?

— Да, неплохое местечко! И девки тут веселые! — я подмигнул, развернулся и зашагал вверх по улице, не оглядываясь.

За спиной слышались пьяные голоса, хохот, кто–то затянул песню, но тут же оборвал — видимо, патрульные сделали замечание. До дома добрался минут за десять — он стоял на той же Юбилейной улице. Валуев, невзирая на ранний час, не спал, сидел на кухне, пил чай, читал какую–то немецкую газету. Увидев меня, поднял бровь.

— О, пионер вернулся, — сказал он спокойно, но я заметил, как его глаза скользнули по моему лицу, по мундиру, по сапогам — всё ли на месте, всё ли в порядке. — Где шлялся всю ночь?

— С блядями зависал, — я набросил шинель на вешалку, стянул сапоги, прошлёпал в комнату. — Всё, Петя, отбой. Дай поспать хотя бы пару часов.

— Пару часов? — он усмехнулся. — Спать, говорят, полезно до обеда. А потом — после.

— Некогда, — я рухнул на кровать, даже не раздеваясь. — В десять у меня встреча с Вондерером.

Валуев хотел спросить ещё что–то, но я уже закрыл глаза и через минуту провалился в тяжёлый, без сновидений сон.

Товарищ разбудил меня, аккуратно тронув за плечо, когда стрелки на стенных часах показывали девять. Я сел, с силой растер лицо ладонями, пытаясь прогнать остатки свинцовой тяжести в голове. Два с небольшим часа сна — это, конечно, не полноценный отдых, но организм, приученный к постоянным стрессовым ситуациям, начал переключаться в активный режим.

— Чай будешь? — спросил Валуев.

— Давай, — вздохнул я.

Он принёс кружку, сел напротив, положил руки на стол. Я отхлебнул — чай был крепким и очень сладким — то, что нужно после бессонной ночи.

— Рассказывай, — сказал Петя. — Где был, что делал.

Я неторопливо допил, поставил кружку, посмотрел на него и покачал головой.

— Я завалил Мертенса.

Валуев не изменился в лице. Только бровь чуть приподнялась — и всё.

— Когда?

— Ночью. По дороге в кабаре. Он меня перехватил, начал угрожать, полез драться. Я его… успокоил. А потом пошел в бордель, чтобы обеспечить себе алиби.

— Где тело?

— В сугробе, во дворе дома неподалеку от «Варьете»'. Я его закидал снегом, до весны не найдут. Других вариантов избавиться от него не было, поверь.

Валуев кивнул, помолчал, обдумывая информацию.

— Документы взял?