Книга В черной краске становишься черным. Том 3, страница 22 – Юй Сы

— Я имею в виду, что тебя тут не было! Ты влез! – опешил от такой наглости юноша.

— Да как же это не было, братец? Мы же с тобой вместе в очередь встали, я лишь отошел ненадолго, попросил придержать, – с самым невинным видом отозвался Се Юньци.

— Что за чушь! Проваливай отсюда, черепаха! – взъярился молодой человек.

— Братец, что же ты стремишься вырвать перо даже у пролетающего гуся^[26]? – удивился Се Юньци. – Еды на всех хватит, правильно я говорю? – Он резко повернулся к ученику за котлом.

Внезапно втянутый в перепалку, тот потерял дар речи. Это был маленький внутренний ученик Сумеречного пика, который не имел влиятельных покровителей в ордене и потому занимался сегодня самой черной работой. Однако памятуя о том, что он сейчас – лицо Чэньси, ученик гордо выпятил тщедушную грудь и кивнул:

— Разумеется, Чэньси накормит всех гостей, вам не стоит тревожиться.

— Видишь? – Се Юньци повернулся к юноше. – Что я говорил? Так куда ты торопишься? – Он снова повернулся к ученику и ласково улыбнулся: – Братец, положи мне побольше мяса, я со вчерашнего дня не ел от волнения, а в Чэньси так красиво, что у меня дух захватило и аппетит тотчас появился. Братец, верно, важный человек в ордене, раз ему доверили такую ответственную работу?

Маленький ученик обычно проводил время на огороде, выращивая овощи для ордена и помогая на кухне, а с совершенствованием у него не очень выходило, и он даже не заложил основание. Но на фоне гостей, которые и вовсе не вошли в орден, он и правда как будто казался важнее.

— Что ты, что ты, я лишь низший ученик, – скромно отозвался он, щедро плеснув мясной похлебки в миску Се Юньци.

— Попасть на внутренние пики Чэньси – это уже показатель того, что братец – одаренный заклинатель. Я так завидую. – Се Юньци ловко подставил вторую миску.

— Да какого гуя!.. – наконец вышел из себя юноша за ними. – Ты же показываешь на оленя, называя его лошадью^[27]!

— Что ты имеешь в виду? – оскорбился маленький ученик и холодно воззрился на юношу.

— И правда, братец, к чему оскорблять людей? Этот собрат-даос – наверняка спрятавшийся дракон^[28], к чему называть его лошадью? – Се Юньци шагнул к маленькому ученику и по-товарищески похлопал его по плечу, а затем с видом оскорбленного достоинства посмотрел на задиру.

— Да нет же, я не… – от такого наглого выворачивания слов тот совсем растерялся, но Се Юньци не дал ему шанса оправдаться.

— Некоторые люди кичатся своим происхождением и слишком задирают нос. Тьфу! Надо быть ближе к людям.

Он потрепал ученика по плечу, схватил три миски и был таков. Ученик с недовольным видом налил похлебку опешившему юноше и пробурчал под нос:

— Как же люди иногда отличаются своим отношением…

Юноша, получивший ни за что ни про что, осоловело хлопал глазами, совершенно не понимая, что сейчас произошло. Что за бедствие его настигло?

Ни один из них не заметил, что нефритовая подвеска с пояса ученика бесследно исчезла в рукаве демонического бедствия, который, весело насвистывая, ушел к своим спутникам с тремя мисками.

Довольный Се Юньци приземлился за стол, отдал миски брату и сестре Су и принялся за еду. Но не успел он съесть и половины, как вокруг поднялся шум и толпа зашевелилась. Он невольно тоже поднял голову и увидел, что к главному месту шествует Вэнь Цзеши. Аппетит у Се Юньци тут же пропал, и он отложил палочки.