Книга Перекрестки миров. Том 2, страница 85 – Джек из тени

Кошак на крыше БТРа отрабатывал свой бесплатный проезд на все двести процентов. Он здорово помогал, то и дело молниеносно выставляя полупрозрачные магические барьеры на пути летящих ледяных копий или самонаводящихся магических стрел. Иначе шанс потерять головную машину был просто огромный.

Спустя десять минут безумной, изматывающей гонки, когда патроны в пулеметных коробах начали подходить к концу, а плотность вражеского огня стала критической, хвостатый старик вдруг перестал чертить светящуюся линию. Он посмотрел вниз, на Лешего, как-то снова нехорошо, с затаенным, почти детским весельем улыбнулся и показал пальцем вверх. Прямо в непроглядное переплетение густых ветвей.

— Саныч! — с нарастающей тревогой в голосе выдал в эфир Леший, нутром почуяв подвох от местного Сусанина. — Что бы ни случилось сейчас, не тормози! Сияй и жми на газ до упора!

Старик на броне сделал сложный, размашистый пасс свободной рукой. Воздух над дорогой ощутимо задрожал. И прямо перед несущейся на огромной скорости колонной, с оглушительным, пугающим треском ломающегося живого дерева, сверху рухнула огромная, широкая деревянная рампа. Она опустилась под довольно крутым углом, упираясь одним, обломанным концом в дорогу, а другим уходя куда-то ввысь, в скрытые дымом кроны.

— Я щас точно сдохну! — пробормотал побледневший мехвод, вжимая педаль газа в пол и намертво вцепившись в руль, словно это могло его спасти. Деваться было некуда, тормозить на такой скорости перед препятствием — верная смерть.

Многотонная машина с надрывным ревом взлетел на деревянный подъем. Через несколько томительных, бесконечных секунд взлета, когда в лобовом стекле было видно только рывками небо и густой дым, угол наклона резко выровнялся. Машины тяжело плюхнулись на ровную, гладкую поверхность. Вся колонна выскочила из дымного, задыхающегося ада нижних ярусов и теперь неслась по широкой дороге на высоте добрых двадцати метров над землей.

Корнев на фоне слушал переговоры второй колонны, пока его собственные машины двигались к указанной Лисеей точке. Так как в качестве огневой поддержки выступал всего один Тигр и сами разведчики, двигались медленно и делая большой крюк, плюс парочка птичек рассекала окрестности. Каждый раз, когда из динамика слышался голос Лешего у мелкой оторвы уши вставали торчком, а хвост начинал нервно бить по ноге. Все старательно делали вид, что ничего не видят. Когда связь резко оборвалась, у Лисеи буквально остекленели глаза, но спустя томительные секунды ожидания голос лейтенанта снова пробился сквозь помехи, а девица судорожно выдохнула.

— Смотри вперед, — прошипела на нее Ависса, сама вцепившись в поручень побелевшими пальцами. — Ты сама согласилась, так что думай о деле. Сейчас есть вещи поважнее твоих воздыханий.

Лисея судорожно кивнула и снова уставилась на дорогу, периодически указывая рукой мехводу, куда поворачивать. Ее бравада, с которой она чертила карту, испарилась без следа, уступив место собранной, напряженной сосредоточенности. Она понимала, что от ее памяти и внимательности сейчас зависят многие жизни.

Смолин, сидевший за своей аппаратурой в замыкающем «Спартаке», с тревогой в голосе доложил по внутренней связи, что впереди, по курсу их движения, одна из «птичек» фиксирует какое-то странное оптическое искажение, полупрозрачное марево, которое не улавливалось обычным глазом. Корнев, всматриваясь в лобовое бронестекло «Тайфуна», ничего подозрительного не увидел. Лес как лес, только мрачный и молчаливый. Дым от пожаров здесь был не таким густым, его относило ветром в другую сторону.