Книга Перекрестки миров. Том 2, страница 80 – Джек из тени

Времени было в обрез. Спешка в минно-взрывном деле — верный и максимально прямой путь домой в закрытом цинковом ящике, но сейчас счет шел на жалкие секунды. Он тащил за собой тяжелый, неудобный рюкзак, стараясь не цепляться лямками за торчащие ветки.

Наконец, боец дополз до точки, к которой его последние пятнадцать минут упрямо вела зависшая высоко в кронах «птичка» лейтенанта Смолина. Это был небольшой, но стратегически важный изгиб широкой магистрали. Дышать стало совсем тяжело, легкие горели. Миха находился как раз на том участке, куда буквально пятнадцать минут назад долбанула плюющаяся плазмой ящерица-переросток. Дерево здесь почернело, покрылось коркой угля, но, к удивлению бойца, не прогорело насквозь. Какая-то невероятно прочная местная порода, хрен ее прошибешь даже температурой солнца.

— Миха, у тебя меньше минуты, — раздался в наушнике напряженный, тихий голос лейтенанта. БПЛАшник видел сверху всю тактическую картину. — К тебе по дороге прет хороший такой отряд ушастых. Идут плотно, парадным строем, видимо, резерв подтягивают для штурма. Давай бегом!

Минер лихорадочно вскочил на ноги, пригибаясь как можно ниже к настилу. Он метнулся к обочине дороги, где возвышался какой-то массивный деревянный нарост, похожий на засохший гриб-трутовик размером с отечественную легковушку. Боец скинул тяжелый рюкзак, быстро, заученными движениями расстегнул клапаны. Внутри лежал самодельный направленный фугас. Не штатная МОН-50, а жуткий, кустарный гибрид из пластита и нескольких килограммов рубленых строительных гвоздей.

Боец пристроил заряд так, чтобы вектор взрыва накрывал весь изгиб дороги веером. Намертво зафиксировал его армированным скотчем, воткнул детонатор и начал разматывать огнепроводный шнур. Радиовзрывателям в зоне активной, бурлящей магии он категорически не доверял — долбанет от шальной искры статического напряжения или еще какой хрени, и собирай потом Миху по всему лесу пинцетом.

— Коридор чист, ходу! — резко, с ноткой паники рявкнул Смолин в наушник.

Миха выдернул чеку воспламенителя, убедился, что шнур зашипел, и сорвался с места. Он бежал так, как не бегал нормативы на КМБ. Под ботинками хрустели раскаленные угли.

— Вот скажите мне, — пыхтел Миха, петляя, как заяц, между мелкими по местным меркам деревцам, стараясь уйти как можно дальше и левее от простреливаемой дороги. — Что за конченый псих придумал возить с собой в рейды рубленые гвозди⁈

— У Лешего спросишь, когда вернемся домой, — весело, с явным нервным смешком ответил Смолин. БПЛАшник начал давать обратный отсчет. — Он утверждает, что гвозди ушастым карму портят лучше свинца. Пять… четыре… три… ложись!

— Больно, больно, больно… — привычной, заученной скороговоркой пробормотал Миха, с разбегу рыбкой запрыгивая за широкий, в три обхвата ствол какого-то дерева и вжимаясь лицом во влажный мох, закрывая голову руками.

За спиной бойца грохнуло так, что у него лязгнули зубы, а в ушах зазвенело. Рванул ранцевый заряд. Чудовищная взрывная волна ударила в дерево, осыпав Миху мелкой трухой, кусками коры и серой пылью. Часть смертоносной начинки с мерзким визгом прошила воздух и намертво воткнулась в соседние стволы, разрывая кору в щепки.

Миха отряхнулся, сплюнул попавшую в рот грязь и выглянул из-за укрытия. То, что Леший на всю голову псих, было неоспоримым фактом, но то, что этот псих знает толк в засадах, было фактом, подтвержденным практикой.