Книга Стальной прибой, страница 97 – Джек из тени, Марк Блейн

— Никакой ментальной атаки, — уже серьезно, совсем тихо добавила Лира, поравнявшись со мной. Хвосты под её плащом нервно дернулись. — Я сканировала весь зал. Всё чисто. Они работают исключительно на психологии и химии. Подмешивают что-то в вино, но тоже очень легкое. Не яды, не наркотики, а просто экстракты трав, снимающие напряжение. Тонкая, ювелирная работа.

— Значит, им есть что скрывать за стеной, если они так боятся нас спровоцировать грубым вмешательством, —ответил ей, глядя вперед.

Там, в конце широкой аллеи, глухой глыбой вырастала внутренняя стена, где уже открывали ворота для нашей колонны. А у нас за спиной оставалась та самая башня, в которой, по словам малолетней пиратки Элары, прятали её старшую сестру-Сирену.

Мы почти добрались до ворот. Светильники отбрасывали пляшущие тени на морды стоящих в карауле стражников. Местные гвардейцы, закованные в отличную темную сталь, при виде нас вытянулись, как перед родными.

Как вдруг… Меня буквально замкнуло.

Пространство вокруг оставался тихим, прерываемым лишь цокотом копыт и скрипом седел. Голос раздался где-то вдали, но я слышал его так ясно, словно источник находился прямо у меня в черепной коробке. Чистый, глубокий женский вокал. И песня…

Песня, которой здесь, в этом долбаном магическом средневековье, быть не должно ни при каких обстоятельствах. На языке, который в Этериуме не знает ни одна живая душа, кроме меня.

Улетай на крыльях ветра

Ты в край родной, родная песня наша,

Туда, где мы тебя свободно пели,

Где было так привольно нам с тобою…

Пальцы Лиры сжались на тонкой девичьей шее с силой гидравлического пресса. Мелкая пиратка захрипела, засучила ногами в воздухе, ее стоптанные сапоги с глухим стуком забарабанили по деревянному настилу походного шатра.

— Почему он стоял как пришибленный⁈ Отвечай, тварь! — прошипела Лира прямо в перекошенное лицо девчонки.

Глаза кицуне полыхнули ядовитым фиолетовым огнем, а кончики пушистых хвостов за ее спиной нервно, с сухим треском высекали крошечные синие искры. Воздух сгустился настолько, что пламя масляных ламп на длинном столе припало к фитилям, словно боясь шелохнуться.

Элара вцепилась обеими руками в запястья лисицы, тщетно пытаясь разжать эту стальную хватку. Ее лицо сперва налилось густым пунцовым румянцем, а затем кожа начала стремительно сереть, приобретая неприятный свинцовый оттенок.

— Я… кх-х… не… не знаю… — выдавила из себя Сирена, едва шевеля синеющими губами.

В углу шатра раздался монотонный, мерный скрежет точильного бруска о закаленную сталь.

— Лира, она сейчас сдохнет, — философски заметила Урсула, даже не оторвав взгляд от своего занятия.

Орчанка сидела на походном стуле, широко расставив колени, и с завидным хладнокровием перебирала походное снаряжение. Рядом с ней аккуратными стопками лежали снаряженные барабаны для крупнокалиберных револьверов, тускло поблескивали ровные ряды рунных гранат, а на коленях покоилось широкое лезвие двуручного топора.

— Подохнет — новую в море выловим, — огрызнулась Лира, но пальцы всё же разжала.

Элара мешком шмякнулась на пятую точку, с размаху приложившись копчиком о деревянный настил. Она согнулась пополам, судорожно, со свистом втягивая воздух широко открытым ртом, и принялась остервенело растирать багровые следы на горле.