Книга Спящие города, страница 13 – Джек из тени, Марк Блейн

Он замолчал, и в наступившей тишине было слышно лишь, как трещат ветки в костре.

Моя экспедиция за знаниями, почти академический поход, в одно мгновение превратился в нечто совсем другое. Я не мог просто развернуться и уйти, оставив этих людей в руках ублюдков. Эта гнездо разложения и жестокости, находилось в опасной близости от моих, ещё не окрепших, границ. Рано или поздно они доберутся до моих поселенцев, как только критическая масса этой швали пересечет определенную отметку.

Проблема была в том, что у меня было всего полторы сотни бойцов. Против двух тысяч отморозков, засевших в хорошо укреплённом городе.

— Мы не можем их атаковать в лоб, — сказал, скорее для себя, чем для офицеров.

— Не можем, герцог, — согласился тот. — Они держат пленников на центральной площади, как живой щит и для развлечения. Любая атака, и они начнут резать их одного за другим.

Картина вырисовывалась паршивая. Я оказался в ловушке. Уйти не мог, атаковать тоже, нужен маневр…

* * *

На следующий день мы перенесли наш лагерь ещё дальше, вглубь леса. А вот наш наблюдательный пункт, наоборот, вынесли вперед вершину высокого, поросшего густым кустарником холма. Отсюда город Миргард был как на ладони. Используя мощную подзорную трубу, которую мне смастерили гномы Брунгильды, я часами, не отрываясь, изучал свою новую проблему.

Зрелище было отвратительным. Город, который даже в своём полуразрушенном состоянии сохранял следы былого величия, теперь превратился в клоаку. Улицы были завалены мусором, пустыми бочками из-под вина, объедками. По ним шатались пьяные, оборванные фигуры. На стенах, вместо дисциплинированных часовых, стояли такие же ублюдки, которые больше смотрели не по сторонам, а на бутылки, которые держали в руках.

Но самое страшное было на центральной площади. Она была превращена в огромный загон. В центре площади, вокруг разбитого фонтана, были установлены десятки грубо сколоченных деревянных клеток. В них, как сельди в бочке, были набиты люди. Грязные, в лохмотьях, они сидели на земле, прижавшись друг к другу, и в их глазах была лишь тупая беспросветная тоска.

Вокруг клеток разгуливали их хозяева. Они тыкали в пленников палками, бросали им объедки, как собакам, громко хохотали, обсуждая достоинства своего «товара». Я видел, как один из них, огромный, бородатый орк, вытащил из клетки молодую девушку и, под одобрительные крики толпы, потащил её в сторону бывшего королевского дворца, который теперь, видимо, служил резиденцией их главаря. Девушка не сопротивлялась, она просто шла, как кукла, глядя в пустоту.

Над дворцом развевался их флаг, грубо нарисованная на чёрном полотне оскаленная волчья пасть, знак Клыка.

— Что будем делать, командир? — спросил стоявший рядом Асаи. Его лицо, обычно спокойное и непроницаемое, было мрачным. Даже для него, профессионального убийцы, это зрелище было слишком мерзким.

— Будем резать, — тихо ответил я, не отрываясь от окуляра. — Медленно, методично, по кусочкам.

Вечером, в моём шатре, собрался импровизированный военный совет.

— Их две тысячи, — начал, раскладывая на столе наспех нарисованную карту города. — И число упырей растёт. У нас сто пятьдесят семь бойцов, лобовая атака исключена.

Все молча кивнули, это было очевидно.

— Значит, будем действовать по-другому, — обвёл их взглядом. — Мы превратим жизнь этих тараканов в ад. Заставим бояться собственной тени. Сделаем так, что они сами захотят выйти из этого города и умереть в чистом поле, а не сгнить заживо в этой вонючей дыре.