Книга Спящие города, страница 11 – Джек из тени, Марк Блейн

Снаряжение тоже было специфическим. Кроме обычного оружия и припасов, мы везли с собой инструменты для вскрытия хранилищ, специальные контейнеры для перевозки хрупких свитков, алхимические реагенты для консервации, картографические приборы. Грабить знания оказалось довольно затратным и муторным делом, это не считая того, что можно склеить ласты в какой-нибудь магической ловушке.

Прощание с Элизабет было коротким и напряжённым. Мы стояли во внутреннем дворе замка, вдали от посторонних глаз.

— Больше трех не собираться, если что, душ Шарко и обматывания в мокрые простыни — пытаюсь быть на позитиве, но Элизабет лишь недовольно хмурится. Крепко обнимаю на прощание — И не стесняйся пользоваться мухобойкой, если начнут слишком наглеть.

— Не волнуйся за нас, — она посмотрела мне прямо в глаза, и в её взгляде твердая уверенность. — Волнуйся за себя, просто вернись. — затем супруга к моему удивлению включила капризную девочку. — И привези мне новую книгу, какую-нибудь интересную, про древних драконов.

— Обязательно, — улыбнулся я, поцеловав девушку.

Мы выступали на рассвете, тихо, без лишнего шума. Небольшой отряд, который быстро растворился в утреннем тумане, покинув столицу, которая только-только начинала просыпаться. Наш путь лежал на восток, в мёртвые земли, в царство тишины и забвения. И я чувствовал, как с каждым шагом, удаляющим меня от душных стен замка, мне становится легче дышать. Я снова был в своей стихии.

* * *

Чем дальше мы углублялись в земли павшего королевства Элара, тем сильнее становилось гнетущее чувство, будто мы попали в другой мир. Мир, где остановилось время, где сама жизнь, казалось, испустила дух. Весна, которая так буйно и властно правила в степях и герцогстве, здесь, казалось, заблудилась и умерла.

Поля покрыты бурьяном и сорной травой. Деревни, которые мы проезжали, представляли собой удручающее зрелище. Покосившиеся, почерневшие от времени дома с пустыми глазницами окон. Развалившиеся заборы, заросшие крапивой дворы. И тишина. Не умиротворяющая тишина сельского полудня, а мёртвая тишина кладбища.

Мы двигались осторожно, постоянно высылая вперёд дозоры. Асаи и его «Ястребы» растворились в окружающем пейзаже, превратившись в невидимых призраков. Они скользили по обочинам дороги, залегали в руинах, проверяя каждый дом, каждый подвал. Но находили лишь следы старой трагедии. Скелеты в истлевшей одежде, лежавшие прямо на улицах. Засохшие тёмные пятна крови на стенах. И следы пожаров, давно остывших.

Всё это было похоже на огромный, заброшенный музей войны. Экспонаты были расставлены так, как их застала смерть. Вот скелет женщины, прижимающей к себе крошечный скелетик ребёнка. Вот останки стражника в проржавевших доспехах у ворот деревни. Вот целая семья, так и оставшаяся в сгоревшем доме.

— Как будто чума прошла, — мрачно сказал лейтенант Гай, коренастый седобородый ветеран, который ел свой хлеб на войне уже лет тридцать. — Только эта чума была на двух ногах и с мечами в руках.

Я молча кивнул, атмосфера знатно давила на психику. Мои бойцы, привыкшие к виду смерти, здесь притихли, старались говорить шёпотом, как будто боясь потревожить покой этих мёртвых деревень. Даже обычно неунывающие гномы перестали травить свои солёные шуточки.