Книга Пионеры диких земель, страница 77 – Джек из тени, Марк Блейн

Первая атака захлебнулась, наш ударный отряд был разбит и деморализован, не сделав ни единого выстрела по врагу.

Я посмотрел в темноту туннеля, туда, где осталась та проклятая пещера. И я с абсолютной, леденящей душу ясностью понял: здесь, в этой тьме, против врага, который воюет не сталью, а кошмарами, все мои пушки, все мои танки, вся моя наука и технология… абсолютно бессильны. И я не имел ни малейшего понятия, как в ней победить.

Обратный путь был не отступлением. Это было паническое, постыдное бегство крыс из подвала, в котором внезапно зажгли свет. Мы тащили на себе тех, кто ещё не пришёл в себя, кто продолжал бормотать бессвязный бред или биться в тихой истерике. Мышцы, налитые свинцовой усталостью, отказывались слушаться, но первобытный страх, засевший где-то в подкорке, гнал нас вперёд, прочь из этой проклятой пещеры, подальше от ледяного безмолвия его обитателя.

Я шёл, опираясь на плечо Рорха, и даже не пытался изображать из себя железного командира. Моя собственная голова раскалывалась, как перезрелый арбуз, а призрак лже-сестры всё ещё стоял перед глазами, полупрозрачный и мерцающий, но от этого не менее реальный. Я заставил себя смотреть сквозь него, на спины своих солдат, на узкий, склизкий проход, который сейчас казался единственным путём к спасению.

Когда мы наконец вывалились из туннеля на наш импровизированный плацдарм перед входом, первый глоток свежего воздуха ударил в лёгкие, как глоток чистого спирта. Солдаты падали на землю, жадно хватая ртом воздух, их рвало желчью и остатками вчерашнего ужина. Другие просто сидели, тупо уставившись в одну точку, их лица были серыми, как пепел. Я оперся о стену, пытаясь унять дрожь в коленях.

Полный и безоговорочный провал. Я, грёбаный инженер «гений», который собирался перевернуть этот мир с помощью науки и расчёта, завёл свой лучший отряд в ловушку, и нас разбили, как сопливых щенков, даже не притронувшись. Мы сами себя уничтожили.

— Потери? — хрипло спросил я у Рорха, который пытался привести в чувство одного из легионеров, поливая ему на голову воду из фляги.

— Пятьдесят два человека убитыми, — ответил он, не поворачиваясь. — Все от дружественного огня. Ещё около сотни невменяемых, лекари говорят, некоторые уже никогда не придут в себя, мозги просто выжгло.

Из туннеля вынесли Урсулу. Моя валькирия, мой несокрушимый таран, сейчас была похожа на тряпичную куклу. Она была без сознания, на лбу багровел огромный кровоподтёк от моего удара прикладом. Её орки, два огромных, покрытых шрамами ветерана, несли её с такой осторожностью, словно она была сделана из хрусталя. Положив девушку на землю, один из них подошёл ко мне.

— Она будет жить, Железный Вождь, — хрипло произнес боец, в его голосе не было и тени упрёка, только тяжёлая усталость. — Череп у неё крепкий. Но дух… её дух сломлен, я никогда не видел её такой.

— Никто и никогда не видел нас такими — глубоко выдохнув ответил орку, тот молча кивнул и вернулся к своим.

Я посмотрел на Урсулу, её лицо, обычно искажённое яростной гримасой, сейчас было расслабленным, почти детским. И от этого мне стало ещё хуже. Какая ирония, мне пришлось жестоко ударить ту, с кем делил постель, чтобы спасти от смерти.

— Присмотри за ней, — сказал Гхару. — И за своими парнями. Дайте им выпить, сегодня можно.