Книга Пионеры диких земель, страница 109 – Джек из тени, Марк Блейн

— Я знаю, — кивнула Элизабет. — Она сама мне поведала. Сказала, что ты спас ей жизнь. Она в порядке, Михаил. Все в полном порядке…

Я оглядел комнату, в камине весело потрескивал огонь, на столе стоял поднос с едой, от которой шёл восхитительный аромат. И в этот момент краем глаза я заметил движение за приоткрытой дверью. Мелькнули и тут же исчезли пушистые лисьи хвосты. Значит, она тоже была здесь…

На душе стало неожиданно спокойно. Впервые за долгие, бесконечные месяцы этой проклятой войны, я по-настоящему расслабился. Не было нужды вслушиваться в каждый шорох, ожидать удара в спину, спать с ножом под подушкой. Я был дома, в своей крепости, в окружении тех, кто стал для меня чем-то большим, чем просто союзники. Они странной и разношёрстной, но настоящей семьей.

— Голоден? — голос Элизабет вырвал меня из раздумий.

— Как стая волков весной, — признался ей, и мой желудок тут же подтвердил это громким, требовательным урчанием.

Элизабет улыбнулась, и эта редкая, искренняя улыбка полностью преобразила её строгое лицо.

— Я так и думала.

Она встала и подошла к столу.

— Ты победил, Михаил, герцогство празднует, как и Каменный Круг. Они называют тебя Железным Вождём, Спасителем. Они… они верят в тебя.

Я смотрел, как она наливает в кружку бульон, как отрезает ломоть хлеба, и понимал, что её последние слова, это напоминание о той огромной, чудовищной ответственности, которая теперь лежит на моих плечах.

* * *

По случаю нашего триумфального возвращения Каменный Круг гудел, как растревоженный улей. Праздник, которого так отчаянно не хватало этим измученным войной стенам, захлестнул город целиком. На главной площади гремела музыка, выступали артисты, а воздух был пропитан запахом жареного мяса, хмельного эля и всеобщего ликования.

Урсула, моя несокрушимая валькирия, казалось, нашла себя в этой атмосфере. Громогласно объявив турнир для мечников и стрелков, она, вместе с другими ветеранами подземной кампании, заняла почётное место в рядах зрителей, с видом знатока оценивая молодых воинов. Её зычный голос то и дело перекрывал шум толпы:

— Куда ты лезешь, щенок! Ноги шире! Он же тебя сейчас на ленточки порежет!

— А вот это неплохо! С переносом веса! Видно, что не зря кашу жрал!

К моему немалому удивлению, в турнире мечников, обойдя десяток здоровенных, покрытых шрамами мужиков, победила совсем ещё юная девушка-орк. Стройная, гибкая, с двумя короткими мечами в руках, она двигалась с такой грацией и скоростью, что её противники просто не успевали за ней. Вручая ей приз, отличный стальной клинок, выкованный в гномьих кузницах, я узнал в ней дочь Грома, Артемисию.

— Отличная работа, — сказал я ей, и это не было пустой лестью. — Уверен, твой отец гордится тобой.

— Это не моя заслуга, Железный Вождь, — ответила орчанка, тяжело дыша, но с гордостью в голосе. — Это всё моя наставница.

Девушка кивнула в сторону судейских мест, и я, проследив за её взглядом, поймал на себе хитрый, самодовольный взгляд Лиры. Моя лиса, оказывается, не только шпионит и убивает, но ещё и находит время на преподавание. Толпа, услышав слова победительницы, взорвалась аплодисментами в адрес Лиры. Та лишь изысканно, по-королевски, кивнула в ответ, принимая почести как должное.

— Госпожа Лира! А покажите на что способны! — крикнул из толпы какой-то особенно горячий молодой легионер, видимо, решивший блеснуть храбростью перед друзьями. — Не всё же чужими руками победы добывать!