Книга Воздушная кавалерия. Том 2, страница 38 – Джек из тени

«Я понял, Алиса. Спасибо», — мысленно ответил я.

— Вопросов нет, господин капитан, — мой голос был абсолютно спокоен. — Есть только уточнения.

Орлов удивленно вскинул бровь.

— Во-первых, боекомплект. Стандартного не хватит для прочесывания такой территории. Прошу выдать тройной.

Он нахмурился.

— Зачем? Вы на войну собрались?

— Я всегда готов к войне, господин капитан. Это позволяет мне оставаться в живых.

Он секунду колебался, но, видимо, решил, что патронов для мертвецов не жалко.

— Хорошо. Что еще?

— Средства индивидуальной бронезащиты. На весь личный состав.

Тут он откровенно расхохотался.

— Бронежилеты? Для погони за оборванцами? Строганов, не смешите меня. Вы им еще дирижабль поддержки запросите.

— Дирижабль не нужен, — так же невозмутимо ответил я. — А вот бронежилеты, а также недельный сухой паек, дополнительные фляги с водой, саперные лопатки, сигнальные ракеты и медицинские пакеты усиленного образца необходимы.

Я перечислял, а его лицо мрачнело с каждым моим словом. Он понял, что я не играю в его игру. Я готовился к реальной боевой операции.

— Вы издеваетесь? — прошипел он.

— Никак нет. Я выполняю приказ, но хочу минимизировать потери среди вверенного мне личного состава, как того требует устав. Или вы хотите, чтобы я указал в рапорте, что вы сознательно отправили людей в опасный район без необходимого снаряжения? Уверен, вашему дяде-сенатору это очень понравится.

Я блефовал, но удар был точным. Упоминание дяди подействовало. Орлов побагровел, он смотрел на меня с такой ненавистью, что, казалось, вот-вот испепелит взглядом.

— Хорошо, — процедил он сквозь зубы. — Получите свои игрушки. И чтобы к утру я о вас больше не слышал ближайшую неделю.

— Есть, господин капитан.

Я четко развернулся и вышел из кабинета. Я победил и в этом раунде. Не просто получил все, что хотел, но показал ему, что не боюсь его. И я знал, что он этого мне никогда не простит. Вернувшись в казарму, застал взвод в состоянии лихорадочного ожидания.

— Взвод, готовимся к боевому выходу! — скомандовал я, едва переступив порог. — Матвеев, возьми десять человек и дуй на склад. Получишь все по списку. — протянул ему бумагу. — Проверь каждую флягу, каждый пакет. Если интендант будет артачиться, скажи, что это личный приказ капитана Орлова, подкрепленный моим желанием проломить интенданту голову.

Матвеев молча взял список, его глаза пробежали по строчкам. Он удивленно хмыкнул, увидев тройной БК и бронежилеты.

— Остальным, — я обвел взглядом взвод, — подготовить снаряжение. Проверить оружие. Через час — полное боевое построение на плацу. Это ваш первый экзамен. И я не приму никаких оценок, кроме «отлично». Выполнять!

Казарма превратилась в муравейник, в который сунули горящую палку. Люди, еще утром не способные заставить себя ровно стоять, теперь двигались быстро, почти бегом, их глаза горели злым, голодным огнем.

Через полчаса с грохотом распахнулась дверь, и в казарму, как ледокол, вошел сержант Матвеев. За ним десяток бойцов, сгибаясь под тяжестью, тащили ящики и тюки. Они свалили все это добро в центре прохода, и взвод замер, обступив гору снаряжения с благоговением, с каким папуасы смотрят на карго-культ.

Матвеев подошел ко мне. Его каменное лицо было непроницаемым, но в глазах, которые он на меня устремил, плескалось откровенное изумление. Он снял шапку, вытер со лба пот.