Книга Воздушная кавалерия. Том 3, страница 10 – Джек из тени

Кирилл молчал, его челюсти сжались до скрипа. Они не просто хотели посадить его отца. Они хотели его уничтожить, стереть в порошок, чтобы нанести ему, Кириллу, максимальную боль.

Флаер приземлился на небольшой ведомственной площадке Особого Корпуса, огороженной от всего аэродрома. Не теряя ни секунды, Кирилл пересел в неприметный гражданский автомобиль, который уже ждал его, и рванул в центр города.

Здание центрального управления полиции было монументальным, серым, давящим. Оно было построено еще в прошлом веке и всем своим видом внушало трепет и уважение к закону. Но для Кирилла сейчас это было просто логово врага, змеиное гнездо, которое он был готов разворошить голыми руками.

Он вошел, не сбавляя шага. Его форма офицера Особого Корпуса, серая с серебряными гербами, и орден Мужества на груди заставили дежурного сержанта за стойкой вытянуться в струнку.

— Лейтенант Строганов, Особый Корпус жандармерии, — бросил он, даже не взглянув на сержанта. — Три часа назад по адресу улица Таежная, дом семь, был незаконно арестован мой отец, Андрей Ильич Строганов. Где он?

Сержант, молодой парень с испуганными глазами, захлопал ресницами. Он явно не был готов к такому напору. Он засуетился, начал что-то искать в своих бумажных журналах.

— Строганов… Андрей Ильич… — бормотал он. — Да, есть такой… Доставлен в следственный отдел, кабинет триста двенадцать. Но, господин лейтенант, я не могу вас пропустить… Туда посторонним нельзя.

— Я не посторонний, — ледяным тоном отрезал Кирилл. — Я его сын и офицер Корпуса. Согласно статье сорок седьмой Уложения о государственной службе, я имею право на немедленную встречу с задержанным близким родственником. И если вы, сержант, попытаетесь мне в этом помешать, я буду расценивать это как воспрепятствование деятельности офицера при исполнении, что, согласно статье сто двенадцатой Воинского Устава, карается…

— Уже все понял, не ори, — буркнула в голове Алиса. — Он и так сейчас в штаны наложит.

Кирилл сыпал статьями и параграфами, которые Алиса в реальном времени подгружала ему в мозг. Он и сам не до конца понимал, о чем говорит, но говорил уверенно, властно, и это действовало. Сержант побледнел, его кадык нервно дернулся. Он уже готов был сдаться, но в этот момент из коридора вышел тот самый капитан, которого Кирилл видел на записи. Игнатьев.

Он был среднего роста, плотный, с лицом хорька и маленькими, бегающими глазками. Он подошел к стойке вальяжной, хозяйской походкой, и от него несло дешевым парфюмом и самодовольством.

— Проблемы, сержант? — спросил он, с ленивым любопытством разглядывая Кирилла с ног до головы. Его взгляд задержался на ордене, и в глазах мелькнула насмешка. — О, какие люди! Сам лейтенант Строганов. Герой «Лисьей Норы». Наслышаны, наслышаны. Чем обязаны такой честью?

— Капитан… — начал было сержант.

— Иди, работай, — перебил его Игнатьев, и сержант, с облегчением, пулей метнулся в свою каморку.

Игнатьев облокотился на стойку и скрестил руки на груди. Он смотрел на Кирилла в упор, нагло, вызывающе.

— Я хочу видеть своего отца, — повторил Кирилл, с трудом сдерживая желание разбить это самодовольное лицо.

— Отца? — Игнатьев сделал удивленное лицо. — Ах, да, контрабандиста. Боюсь, это невозможно, господин лейтенант. Ведутся следственные действия. Тайна следствия, знаете ли. Закон.