Книга Воздушная кавалерия. Том 5, страница 80 – Джек из тени

* * *

Зачисление на факультет особого назначения было не вопросом престижа. Это был ключ, который открывал двери, о существовании которых большинство поданных Империи даже не догадывалось. Двери в святая святых имперской военной машины. Уже на следующий день полковник Громов, выполняя, очевидно, распоряжение Волкова, выдал мне персональный допуск выскокой категории, фактически универсальный скипетр, отпирающий любые замки.

Первым делом я направился в центральный тактический архив ГРУ, и просто охренел. Это был ультрасовременный информационный центр, расположенный глубоко под землей, в недрах Академии. Бесконечные ряды гудящих серверов, голографические терминалы, стерильная чистота и абсолютная тишина, нарушаемая лишь шелестом систем вентиляции.

Я сел за один из терминалов, вставил свою карту допуска, и передо мной на экране развернулось древо каталогов, от которого у любого военного аналитика закружилась бы голова. «Операция 'Северный ветер»«, 'Ликвидация 'Черного Халифата»«, 'Инцидент в Байкальской аномалии». Это были отчеты о десятках реальных, но совершенно секретных операций, проведенных за последние полвека. С полными выкладками, схемами, видеозаписями с нашлемных камер бойцов, анализом успехов и, что самое ценное, провалов.

Я погрузился в это море информации, как дайвер в бездну. Я часами напролет сидел в этом холодном, гудящем подземелье, забыв про сон и еду. Алиса в моей голове работала на пределе своих возможностей, копируя, анализируя и систематизируя гигабайты данных. Я изучал тактику японского спецназа «Ямабуси», анализировал их операции против китайцев-сепаратистов в Индокитае. Смотрел записи боев с мутантами в аномальных зонах, пытаясь понять повадки и слабые места. Читал донесения агентов о подковерной борьбе британской и французской разведок.

Это было бесценно, знания, которые я здесь получал, были не менее важными новых технологий. Я видел, как воюет мой будущий противник, видел ошибки, которые совершали наши генералы, слабые места в нашей собственной обороне. Моя картина мира, не скажу, что довольно полная, обретала невероятную глубину и детализацию. Я начал понимать не только как воевать, но и почему все происходит именно так. Теперь моему взору предстали скрытые пружины большой геополитики, экономические интересы, стоящие за военными конфликтами, личные амбиции генералов, приводящие к гибели тысяч солдат.

Но архивы были только началом. Мой допуск открывал мне двери и в другие, еще более интересные места. Я получил доступ в секретные лаборатории и конструкторские бюро, спрятанные в недрах верфи Адмиралтейства и на закрытых полигонах под Петербургом. И то, что я там увидел, заставило меня по-новому взглянуть на технологический уровень Империи.

Я видел прототип рельсотрона, электромагнитной пушки, способной разгонять снаряд до гиперзвуковых скоростей. Установка была громоздкой, занимала целый ангар и пожирала энергию небольшой электростанции, но она работала. Видел экспериментальный образец персонального стелс-генератора, который, используя концентрированную Пыль, делал бойца почти невидимым на несколько минут. Хотя тут Алиса хмыкнула, закатив глаза, после чего накрыла меня маскировочным полем на порядок превосходящее экспериментальный образец. Я видел разработки в области боевых нейросетей, систем наведения, которые могли захватывать и вести до сотни целей одновременно, рядом с которыми мой баллистический вычислитель смотрелся, мягко говоря, бедновато.